Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Умер актер Иван Кушнерук
  2. Еще один бренд беларусской одежды закрывается
  3. Четыре топ-сборные поспорят за титул. На футбольном ЧМ впереди решающие матчи — рассказываем главное о предстоящих полуфиналах
  4. «Ударил он меня больно». Александра Герасименя рассказала «Зеркалу» о том, как на нее напали в центре Варшавы
  5. «Он лучше нас видит, что происходит в Кремле». Эксперты оценили поведение Лукашенко после выполнения ультиматума Зеленского
  6. Стала известна возможная причина скоропостижной смерти американского политика Линдси Грэма
  7. Как вы думаете, чем отличается беларусский завод от австрийского? Беларуска работала там и там — вот ее впечатления
  8. Доллар стремительно дешевеет: что будет с курсами во второй половине июля? Прогноз по валютам


/

Активист Денис Дашкевич рассказал «Зеркалу», что силовики массово опрашивают людей из сферы культуры в Рогачевском районе. По словам мужчины, их интересует, общаются ли те с самим Дашкевичем. У некоторых, говорит он, просят расписки с обещанием не передавать активисту никакой информации.

Активист из Рогачева Денис Дашкевич. Фото: "Рогачев Онлайн" Активист из Рогачева Денис Дашкевич. Фото: «Рогачев Онлайн»
Активист из Рогачева Денис Дашкевич. Фото: «Рогачев Онлайн» 

Денис Дашкевич — тот самый активист, которого в 2023-м судили за фото президента Польши Анджея Дуды на фоне будто бы бело-красно-белого флага (на самом деле это были объединенные флаги Польши и Венгрии на одном из мероприятий с участием политиков этих стран). Мужчина предполагал, что пожаловался на него местный идеолог. Снимок Дашкевич разместил на портале «Рогачев Онлайн», который основал и редактировал много лет. К моменту доноса мужчина уже жил в Польше: сюда он переехал в 2022 году. А в 2017–2020-м он возглавлял Центр культуры в агрогородке Поболово.

В 2025-м Денис рассказывал, что на него завели «уголовку» по пяти статьям УК. Его родных посещали силовики, их вызывали на допросы.

— К родным они приходят стабильно раз в квартал в рамках разыскных мероприятий: видимо, узнать, не спрятан ли я под шкафом или под кроватью… — описывает ситуацию собеседник. — Это делает Следственный комитет.

По словам Дениса, периодически опрашивают силовики и людей, с которыми он когда-то работал.

— Насколько мне известно, в мае силовики начали спрашивать обо мне людей из сферы культуры в Рогачевском районе, — рассказывает собеседник, отмечая, что данная среда устроена так, что в свое время по делам ему приходилось пересекаться с большим количеством коллег. — К некоторым на работу приходит Следственный комитет, к кому-то участковые.

Из того, что знает активист, о нем спрашивают у десятков людей. По словам собеседника, у них смотрят телефоны и соцсети, проверяют, общались ли они с Денисом. У кого-то открывают телефонную книжку, чтобы увидеть, есть ли активист у них в контактах.

— Понятно, что никаких переписок ни с кем у меня нет. Если я с кем-то и общаюсь, то сам все удаляю, — продолжает собеседник. — Если мои контакты у человека находили, то это фотографировали и в протоколе писали что-то вроде «диалога не обнаружено». Плюс, насколько я слышал, у кого-то брали расписки в духе «обязуюсь не передавать ему информацию».

Почему именно к Денису возник такой интерес, он точно не знает.

— Людям говорили, что из-за розыска, перечисляли мои уголовные дела. В основном они за оскорбление Лукашенко, — отмечает собеседник. — Еще из той информации, что узнал, якобы на меня появилась «уголовка» за «измену государству», что я передал какие-то сведения украинским спецслужбам. Но я с ними не общался.

Напомним, в конце апреля стало известно, что в Рогачеве из кранов пошла вода с неприятным запахом и власти рекомендовали людям пить бутилированную. Денис Дашкевич тогда рассказал «Зеркалу», что в городе есть случаи отравления, а местная больница перегружена. Власти признавали проблему с водой, но объясняли, что жители ей обеспечены и все под контролем. Главврач Рогачевской ЦРБ Максим Шестопалов данные активиста опроверг. По его словам, учреждение работало в штатном режиме, количество пациентов не было больше, чем обычно.