Около шести вечера 21 августа 2025 года бывший беларусский дипломат и спортивный чиновник Анатолий Котов поднялся на борт частной яхты на северо-востоке Турции. Он говорил, что вернется домой через несколько дней. Официально яхта следовала в Россию, где, как и в Беларуси, был выдан ордер на его арест. Однако неизвестно, знал ли Котов о пункте назначения судна. Известно лишь, что спустя три часа после начала путешествия он перестал отвечать на сообщения. Домой он так и не вернулся. На основе информации из наших источников, документов, спутниковых снимков и сливов из баз данных, DW совместно с Беларусским расследовательским центром (БРЦ) и Центром по исследованию коррупции и организованной преступности (OCCRP) установили, что Котов был снят с яхты береговой охраной России — подразделением ФСБ, вероятно, действовавшим в координации с Беларусью. Многомесячное расследование показало: Котова могли заманить в ловушку знакомые.
Котов был в розыске в Беларуси
В начале своей политической карьеры Котов работал дипломатом в посольстве Беларуси в Польше. В 2015 году его назначили генеральным секретарем Национального олимпийского комитета Беларуси, который тогда возглавлял Александр Лукашенко. В 2019 году Котов был заместителем директора оргкомитета проходивших в Минске Европейских игр.
Анатолий Котов ушел с госслужбы, когда силовые структуры подавили массовые протесты после президентских выборов 2020 года. Он уехал в Польшу, где получил статус беженца и, находясь в Варшаве, начал выступать за перемены в Беларуси.
Котов был откровенным критиком режима, его считали причастным к оппозиционному телеграм‑каналу «Ник и Майк» с более чем 50 тысячами подписчиков. Он играл ключевую роль в Беларусском фонде спортивной солидарности — движении спортсменов, добивавшемся лишения Минска права на проведение чемпионата мира по хоккею 2021 года. Их аргументом было то, что Лукашенко мог использовать международное внимание к своему любимому виду спорта для улучшения имиджа после событий 2020 года.
«Котов — человек, который много лет работал в государственной системе, — говорит беларусский правозащитник, юрист и бывший кандидат в президенты Алесь Михалевич. — Такие люди, как он, являются „предателями“, что гораздо серьезнее для режима, потому что Лукашенко несколько раз говорил: он не боится оппозиции, а боится предательства».
В 2024 году беларусский суд заочно приговорил Котова к 12 годам лишения свободы, признав его виновным в заговоре с целью захвата власти неконституционным путем и в «экстремистской» деятельности. Ордера на его арест были выданы властями Беларуси и России.
«Без сомнения, это человек, которого беларусские власти хотели вернуть», — говорит Алесь Михалевич.
«Потом узнаешь»
Друзья говорят, что Котов часто не раскрывал планы своих поездок. В апреле 2025 года, за пять месяцев до исчезновения, он ездил в Дубай, где провел как минимум две встречи. DW и наши партнерские СМИ не смогли установить людей, с которыми он там встречался.
Поездка в Дубай планировалась и в июле 2025 года, за месяц до исчезновения, но он, по словам его жены, отменил ее из‑за приступа аппендицита.
«Как правило, он заранее не говорил, куда едет, зачем, — рассказал друг Котова, активист Руслан Хазин. — Но мы всегда знали: после того как он куда-то ездил с кем-то встречаться, он приезжал — и всегда были какие-то интересные новости».
Перед поездкой в Стамбул в августе он сказал жене, что едет по работе в Турцию. Его руководитель в польском ивент-агентстве, напротив, считал, что поездка носит личный характер.
Несколько человек рассказали DW, что незадолго до поездки Котов намекал: в Беларуси скоро все поменяется и «мы сможем поехать домой». «У меня было просто непонимание, — вспоминает Хазин. — Говорю: „Что ты имеешь в виду?“ У него обычно такая манера, он поулыбается: „Ну, потом узнаешь“. Как-то так».
Приятель из Беларуси
После прибытия в Стамбул 21 августа 2025 года Котов вылетел в портовый город Трабзон, где его ожидала яхта. Само судно ранее вышло из Стамбула, на его борту был небольшой экипаж, два пассажира-россиянина и Юрий П. — беларусский тренер и судья по карате, имеющий связи с КГБ.
Судя по фотографиям в соцсетях, Котов мог познакомиться с Юрием П. в спортивном клубе «Возрождение», существовавшем с 2017 по 2021 год. По данным инициативы «Рабочы рух», клуб мог быть связан с беларусскими спецслужбами.
Юрий П. работал в компании TRES International, головной офис которой расположен недалеко от Дубая, а ее представительство, по данным сообщества хакер-активистов «Киберпартизаны», — в Минске. По их информации, некоторые сотрудники компании связаны с КГБ. Юрий П. на запросы журналистов не ответил.
Многие сотрудники TRES International также работают в компании BTS Global. По данным Беларусской торгово-промышленной палаты, она занимается бизнес-консалтингом; однако согласно военным документам, предоставленным «Рабочым рухам», она также торгует оружием. И TRES International, и BTS Global зарегистрированы в Минске по одному и тому же адресу — на улице Смоленской.
Неясно, пересекались ли пути Котова и Юрия П. в Трабзоне. Но когда яхта покинула порт с Котовым на борту, Юрия П. на ней уже не было.
Яхта, которую сложно отследить
Последнее известное изображение Анатолия Котова, которому на момент исчезновения было 45 лет, — кадр с камеры наблюдения в порту Трабзона. Котов был небрит, одет в темную футболку. Он сел на борт 30‑метровой (около 100 футов) яхты Shells — частного судна стоимостью 2,8 миллиона долларов с двумя обеденными зонами, баром и джакузи на верхней палубе.
Согласно списку пассажиров, полученному DW, яхта направлялась в Сочи. Знал ли об этом Котов — неизвестно.
Передвижения яхты трудно отследить. В базе данных Marine Traffic за август 2025 года сведений о ее местонахождении нет, яхты нет и на спутниковых снимках, охватывающих ее маршрут. Последний раз судно было зафиксировано несколькими месяцами ранее, в марте 2025 года, в Стамбуле.
Информация о владельцах судна также может вести к беларусскому КГБ — но официально только после исчезновения Котова. В компании MGA Yachting Ltd., которая на бумаге владела яхтой по состоянию на август 2025 года, настаивают, что продали ее еще в конце 2024-го и ничего не знают об исчезновении Котова. Мы нашли подтверждение, что яхта была выставлена на продажу в начале 2025 года.
К январю 2026 года яхта была переименована в YS Legacy и зарегистрирована на компанию SSL Yachting Group Ltd. В марте 2026 года компания BTS Global приобрела товарный знак с таким же названием — YS Legacy.
Руководителем сразу двух компаний BTS Global числится беларусский бизнесмен Юрий С. Причем — одной, зарегистрированной в Беларуси, и другой с тем же названием, зарегистрированной в Великобритании. Бизнесмен проживает в ОАЭ — именно там яхта в последний раз фигурировала в базе данных Marine Traffic, это было в марте 2026 года. Юрий С. был знаком с Анатолием Котовым лично: есть их совместные фотографии с членами клуба «Возрождение» — вероятно, они были сделаны на мероприятии, связанном с Европейскими играми в 2019 году в Минске.
Согласно сливам из баз данных, Юрий С. работал в Оперативно-аналитическом центре Беларуси, который относится к спецслужбам, а также в Олимпийском комитете в период, когда Котов занимал там должность генерального секретаря. Он также связан с компанией TRES International, базирующейся в Дубае. На запросы DW и партнерских медиа он не ответил, как не ответили и компании BTS Global и TRES International.
Таинственные товарищи по яхте
На борт судна Shells Анатолий Котов поднялся в сопровождении женщины по имени Кахира Э., в списке пассажиров указано, что она гражданка Иордании. Кахира Э. родом из Азербайджана, живет в Дубае. С Котовым она была знакома как минимум с 2023 года, согласно информации БРЦ. Они переписывались по поводу встречи и запечатлены на дружеской фотографии, сделанной, судя по всему, в баре. Кахира также не ответила на вопросы DW и партнерских медиа.
Другими пассажирами яхты были два россиянина. Судя по утечкам из баз данных, они прилетели из Москвы в Турцию одним рейсом 5 августа и пересели на яхту в Стамбуле. Один из этих мужчин — Петр Г. — бывший военнослужащий, который сейчас работает специалистом по личной безопасности. Другой пассажир — Юрий Г., информации о нем немного, но мы выяснили, что мужчины вместе путешествовали незадолго до и после поездки на яхте. Ни один из них не ответил на запросы DW и наших партнеров.
Согласно списку пассажиров, на судне также находились четыре члена экипажа — ни один из которых не говорил по-русски.
Перехват у берегов Абхазии
Из своих источников, а также из письма, полученного от администрации порта Сочи, DW и партнерские медиа установили, что яхта в город так и не прибыла. Согласно источникам, знакомым с ходом операции, вместо этого судно направилось в Сухуми, столицу самопровозглашенной Абхазии. Грузия и многие другие страны, в том числе ЕС и США, считают ее оккупированной Россией, которая имеет в Абхазии значительное военное присутствие.
Абхазия — хорошо известная серая зона, говорит грузинский политический аналитик Мамука Комахия. «С международной точки зрения, в Абхазии недостает контроля, — добавляет он. — Это отличное место для незаконной деятельности, ведь здесь открытое море. Ничего регистрировать не нужно. Если не хочешь что-то регистрировать, можешь это сделать».
Там, в водах, где не фиксируются сигналы слежения за судами, 22 августа около 13.30 яхту перехватила российская береговая охрана, входящая в состав ФСБ. Как сообщили DW источники, знакомые с ходом операции, сотрудники поднялись на борт и провели обыск, после чего Котов был снят с яхты.
Спутниковых снимков, охватывающих этот район в момент, когда, вероятно, была перехвачена яхта, нет, но есть изображения из расположенного неподалеку порта в Очамчире — центре по перевалке угля, где с 2009 года находится база ФСБ.
По данным Грузинского фонда стратегических и международных исследований, также известного как Фонд Рондели, ФСБ разместила в порту в Очамчире до десяти патрульных катеров классов «Соболь» и «Мангуст». Эти суда, вооруженные пулеметами и зенитными ракетами, призваны обеспечивать безопасность морских границ России.
На спутниковых снимках видно, как судно, по размерам и форме соответствующее одному из кораблей береговой охраны, покидает порт в Очамчире и поворачивает на запад в сторону Сухуми, столицы Абхазии, примерно за час до того, как, по данным источников, Котов был снят с яхты.
«Довольно странно для беларусских оппозиционных активистов посещать Абхазию, — говорит Мамука Комахия. — Совершенно очевидно, что Абхазия очень тесно сотрудничает с российскими правоохранительными органами. Для таких людей это явно не безопасное место».
Ни российская ФСБ, ни беларусский КГБ не ответили на наши запросы о комментарии.
Примерно через час после того, как, по данным источников, был снят с яхты Анатолий Котов, на берег сошли Петр Г. и Юрий Г. Хотя точно неизвестно, где и когда это произошло, согласно утекшим базам паспортных данных, Петр Г. прошел через пункт пропуска в порту Сухуми в 14.42, а Юрий Г. — четырьмя минутами позже.
Яхта вернулась в Турцию с Кахирой Э. и экипажем на борту.
Совместная операция Беларуси и России?
Учитывая ограниченные ресурсы Беларуси, попросить своего основного союзника о помощи в возвращении Котова не было бы для страны чем-то беспрецедентным.
«Беларусские спецслужбы не настолько развиты, не настолько профессиональны, — говорит Камиль Клысински, старший научный сотрудник Центра восточных исследований в Польше. — У них не так много людей, денег и других ресурсов для проведения подобных операций за пределами региона».
Беларусские и российские силовые структуры тесно сотрудничают в области обмена разведданными, обеспечения безопасности границ и проведения совместных операций — в том числе передачи друг другу политических оппонентов власти. «В случае более амбициозных операций, как с Котовым, конечно, требовалась поддержка России, по крайней мере помощь ФСБ», — уверен Клысински.
Польские власти не расследуют исчезновение Котова
Семья и друзья Анатолия Котова уже почти десять месяцев ищут ответы на вопрос о том, что с ним произошло. Турецкие власти на запрос DW сообщили лишь, что Котов прибыл в страну 21 августа 2025 года и покинул ее в тот же день, не ответив на вопросы о расследовании дела. Польские власти заявили, что не расследуют исчезновение проживавшего там Котова. «Польская прокуратура обладала бы юрисдикцией, если бы преступление было совершено в Польше», — ответил представитель ведомства в электронном письме.
Алесь Михалевич не согласен с такой оценкой: «Преступление, связанное с исчезновением Котова, началось на территории Польши». «Государственная система работает так, как она работает, — считает Михалевич. — Ни один прокурор, ни один государственный служащий не хочет дополнительной работы. Если бы была политическая воля возбудить уголовное дело по факту исчезновения Анатолия Котова, это бы сделали довольно легко».
Друг Котова Руслан Хазин уверен, что Анатолий Котов все еще жив: «Если бы хотели его устранить, это можно было бы сделать гораздо проще здесь, на территории Варшавы, подстроить это под несчастный случай. Обстоятельства его исчезновения и тех, кто мог совершить эту операцию, говорят только лишь о том, что тем силам, к которым он попал, он был нужен именно живой».