Тысячи женщин в России уже вторую субботу подряд по всей стране устраивают «марш пустых кастрюль»: они открывают окна, выходят на балконы и лупят по пустой посуде. В акции участвуют матери, жены и сестры мобилизованных на войну в Украине из Петербурга, Ленинградской области, Москвы, Казани, Челябинска, Новосибирска и других городов. Цель — привлечь внимание к проблемам их семей: мобилизованных мужчин уже полтора года не отпускают с фронта, и когда это случится, никто не знает, женщины устали в одиночку растить детей и заботиться о престарелых родственниках, пишет «Окно».
Близкие мобилизованных написали сотни обращений к депутатам и президенту РФ Путину, но их никто не слышит. Каждую субботу они выходили в своих городах к Вечному огню в белых платках и с гвоздиками, пока их не стали за это задерживать. Хотя многие все равно приходят в субботу к Вечному огню.
У 51-летней Юлии Деменсиенко из Петербурга никого на фронте нет. Но она поддерживает женщин из движения «Путь домой», которые требуют демобилизовать их мужчин, и тоже выходит на акции. 6 апреля ее задержали у Вечного огня, когда она возлагала цветы, и обвинили в дискредитации армии.
— Месяц назад я приносила цветы к Вечному огню. Тогда я встретила там других участниц акции — студенток в белых платках, мы разговорились. Ни у кого из них нет мобилизованных, но у одной брат получил повестку и уехал из России. Они были с цветами с белыми лентами, на которых написано: «Мы за мир», — и я подумала, что лента — это хорошая идея. Для второго раза я нашла дома ленту зеленого цвета, оставшуюся от букета, и взяла ее с собой. Потом полиция в протоколе написала, что лента «является символом протеста и дискредитации Вооруженных сил РФ».
«Отцы нужны не меньше матерей»
Юлия Деменсиенко десять лет была наблюдателем на выборах. В 2021 году ее задержали на одном из уличных протестов, под арестом она была 12 дней.
— Я хочу помочь движению жен мобилизованных, чтобы их близкие вернулись домой. Очень несправедливо, что никто не слышит их мольбы. Ведь они действительно имеют на них право. Их мужья — не военные, это гражданские люди, которых туда отправили без спросу, и это не может продолжаться бесконечно. Меня еще очень привлекло то, что это движение — женское. В каком-то смысле они могут в гендерном аспекте высказаться за то, чтобы жизни людей были сохранены. Ведь они пишут и говорят обо всех жертвах этого военного конфликта, — говорит Деменсиенко. — Мне небезразлична боль этих женщин. Они остались без мужчин и должны воспитывать детей одни. Но женщины не должны заниматься этим в одиночку, это и мужская роль тоже, это — их обязанность. Обществу как будто непонятно, что отцы в семьях нужны не меньше матерей.
Задержание Юлии не первое в истории движения. Первой силовики пришли к Марии Андреевой, которая вышла на одиночный пикет к московскому Кремлю 13 января 2024 года. 3 февраля полиция задержала журналистов на возложении цветов, активисты Ярослав Рязанцев и Владимир Салаутин были арестованы. 10 февраля на акции движения в Екатеринбурге были задержаны пятеро человек, включая 19-летнего Ивана Букина, сына мобилизованного.
Ивана оштрафовали на 15 тысяч рублей за белый шарф и гвоздики. Следствие признало их средствами агитации. Иван сказал суду, что шарф — его повседневная одежда, матери у него нет, а отца забрали на фронт. Суд над Иваном Букиным активистки «Пути домой» считают незаконным.
«Всем плевать»
Варя активно участвовала в создании и развитии движения жен мобилизованных за демобилизацию. После того, как муж после отпуска вернулся на фронт, поняла, что надо что-то делать.
— Мне было очень тяжело его отпускать. Мне с начала СВО (специальная военная операция — так российские власти и СМИ называют войну в Украине. — «Окно») хотелось что-то изменить, но я не знала как. Подписывала многие петиции, но потом мы разобрались, что все это бесполезно, в России это не работает.
Наибольшую известность движение приобрело из-за участия в митингах КПРФ 8 ноября 2023 года. Варя рассказывает, что мероприятие было выбрано неслучайно.
— До этого близкие мобилизованных состояли в рабочей группе с депутатами, где мы «взаимодействовали». Они нам типа «помогали», а на деле же просто за счет нас пиарились. Один из участников опубликовал информацию про согласованный митинг от КПРФ — мы поговорили и решили присоединиться, нам разрешили прийти с лозунгами про демобилизацию. Их сняли журналисты, в основном оппозиционные, и рассказали о нас, в провластных СМИ про нас хорошего не пишут.
Изначально у многих сторонников движения «Путь домой» было требование проводить не демобилизацию, а ротацию, чтобы взамен уже воюющих прислали новых людей. Варя говорит, что это тоже было предложение от депутатов.
— Мы депутатам говорили о психическом и физическом состоянии наших мужей на фронте, что им нельзя там больше находиться. Спрашивали, почему мобилизованные у нас на фронте, хотя военного положения нет, указывали на нарушение законодательства. А нам отвечали, что наших мужчин вернуть домой не получится и, чтобы это сделать, нужно отправить взамен силовиков, а не гражданских. Предлагали еще использовать мигрантов. Какое-то время мы действительно говорили о замене. А потом нам это все надоело, мы поняли, что всем плевать и на нас, и на наших мужей, и стали открыто выступать за демобилизацию. Это прописано в нашем манифесте, опубликованном после митинга КПРФ, — говорит Варя.
Сейчас с женами мобилизованных работают юристы. Каждый день в бот движения приходят просьбы о помощи от родственников мобилизованных со всей страны. Участники движения стали активнее взаимодействовать с независимыми журналистами, и содержание постов на канале движения часто перекликается с оппозиционной повесткой.
— Конечно, нам страшно высказываться прямо, ведь мы не защищены. На нас давят через наших мужчин, угрожают тем, что они из-за нас пострадают. У них козырь в рукаве, от которого зависят жизни наших любимых. Они шерстят именно там, на фронте. С кем-то из наших мужчин разговаривают спокойно, без наездов, рассказывают про жену. Тот, конечно, переживает и тоже говорит ей различные вещи. А некоторым открыто говорили: «Если твоя жена не прекратит выступать, мы отправим тебя на штурм». Мы писали про это, это реальная история.
После таких разговоров жены тех, кому угрожали отправить на штурм, прекращали активно выступать.
— Представьте, у женщины и так здоровье не очень и еще дети маленькие у многих, одна из нас беременная была, когда муж уходил, и сейчас — с новорожденным ребенком на руках. Конечно, угрозы работают. Это сильное психологическое давление, — говорит жена мобилизованного.
«Звук, который сможет пробудить»
Новая акция родных мобилизованных называется «Марш пустых кастрюль». Ее участникам нужно открыть окно и стучать по посуде. Это безопаснее, чем возлагать цветы к памятнику, поскольку происходит у себя дома и полиция не может за это задержать.
— Многие живут обычной мирной жизнью, как и я раньше. Может, кто-то из родственников мобилизованных хочет присоединиться, но не знает к кому. Это акция звука — который сможет кого-то пробудить, не только в каком-то регионе, а по всей России, обычные люди могут к ней присоединиться, — считает Варя. — И тогда прекратится ощущение, что «я один такой со своими мыслями и убеждениями, а все думают иначе». Люди-то на самом любят мир и не любят войны. Это заложено от природы, особенно в женщинах: мы же выходим замуж и рожаем детей не для того, чтобы отправить их на войну. Мне кажется, это прекрасная возможность разрушить иллюзию, что все происходящее — норма. На возложении цветов действительно участились задержания, особенно журналистов. Ее больше нельзя освещать, так что мы внедрили вторую акцию для тех, кто боится выйти, но хочет найти единомышленников. Да, на многих каналах пишут, что мы — «НАТО», хотя все знают, что мы — родственники мобилизованных. На нас специально клевещут — наверное, боятся. Пусть даже наши акции высмеивают, но, мне кажется, наше движение все равно может к чему-то привести.
Паулина была одной из самых активных представительниц движения, сейчас она автор подкаста «Мобилизация и люди».
— Я вышла из движения в конце января — возник конфликт из-за того, что я активно выступаю против СВО. Я понимаю, что за все слова нужно отвечать. И считаю, что антивоенное движение сейчас выстраивать нельзя — это повлечет определённые последствия. Поэтому, если сейчас есть возможность требовать отмены указа о мобилизации, нужно сделать хотя бы это. Если государство хочет продолжать СВО, пускай делает это руками контрактников, тех, кто идет туда добровольно. Это мое мнение, — объясняет она.
Она считает, что ради результата — возвращения родных с войны — нужно взаимодействовать с любыми политиками.
— Взять системных, несистемных, юристов, адвокатов, всех, кто хоть как-то связан с мобилизацией, — и объединить их, чтобы найти решение. Это должна быть работа всей системы, не только оппозиции, — говорит Паулина, которая свой подкаст создала именно с этой целью. — Следующий наш гость — майор, служивший 23 года в Следственном комитете — уж куда системнее. Он расскажет обо всем, что касается мобилизованных, как действовать в случае получения повесток. Мы хотим, чтобы проблема не замалчивалась. Чтобы нас смотрели не только семьи мобилизованных. Мы хотим вовлечь все общество, чтобы оно знало о проблеме и хотело ее решить. Если этого не сделать сейчас, эта проблема коснется всех, и люди должны это понимать.
С начала мобилизации в конце сентября 2022 года указ Путина о ее проведении так и не был отменен. 5 марта 2024 года Администрация президента ответила на призыв петербургского депутата Бориса Вишневского прекратить действие указа отказом, в очередной раз подтвердив заявление Минобороны о том, что Путин не собирается завершать мобилизацию до «достижения целей СВО».
В начале апреля в каналах некоторых Z-военкоров и блогеров начали появляться утверждения о новой волне мобилизации в мае. Глава оборонного комитета Госдумы Андрей Картаполов эти заявления опроверг.
По данным «Медиазоны» и Би-би-си, на войне в Украине погибли 50 471 российских военных, данные о которых собраны из открытых источников. В этот список попадают не все, поскольку далеко не о каждой смерти становится известно публично.
