Призрак арабской весны — вновь на улицах Сирии. На юге страны вот уже месяц не прекращаются протесты. Вместе с требованиями улучшить условия жизни все настойчивее звучат политические лозунги, вплоть до призыва к смене режима. Люди рвут и жгут портреты Башара Асада и обещают стоять до победного конца, пишет Русская служба Би-би-си.
Свежие народные волнения вряд ли покончат с режимом — у протестующих нет ни сильного лидера, ни объединенного движения, а Башара Асада поддерживают его союзники Россия и Иран. Но растущее общественное негодование, особенно среди некогда лояльных сторонников, станет новой головной болью для правящей верхушки.
Недовольство растет
Последней каплей, переполнившей чашу терпения сирийцев, стало решение властей отменить субсидии на бензин и продукты. Жизнь резко подорожала.
Протестуют в основном в южной провинции Эс-Сувейда, где проживают друзы, хотя спорадические акции вспыхивали в Дамаске и Алеппо и алавитских городах Тартусе и Латакии. Вышли люди и в Дераа, где в 2011 году был эпицентр народного недовольства.
Пока власти отвечают относительно сдержанно. Чье терпение лопнет раньше — у Асада или у протестующих, это и определит дальнейший ход протестной волны, считают наблюдатели.
Башар, уходи!
— Башар, уходи! Сирия будет свободной, — выкрикивают лозунги люди в Эс-Сувейде.
— Многая лета Сирии, и покончим с Башаром Асадом, — скандируют другие протестующие с друзскими флагами в руках.
«Сирия не стойло. Мы не бараны», — написано на одном из плакатов.
Возглавившие нынешнюю протестную волну друзы — этническое меньшинство и до войны составляли меньше 3% населения (700 тыс. человек).
Друзы не участвовали в демонстрациях 2011 года, город оставался в руках правительственных сил, а община друзов в целом сохраняла нейтралитет и лояльность режиму, не считая отказ отдавать детей на армейскую службу в правительственную армию. В обмен на это власти позволяли друзам относительную автономию.
Первые признаки недовольства стали проявляться еще в 2019 году, когда именно в Эс-Сувейде прошли редкие на тот момент демонстрации протеста.
На этот раз требования жестче, а действия — решительнее. На одном видео в соцсетях показано, как горит билборд с фотографией Асада, на другом слышно, как люди скандируют «Асада в отставку!».
Разруха и нищета
Сирия разрушена годами войны. 90% населения живет в нищете, и это консервативные оценки. 70%, по данным ООН, нуждаются в срочной гуманитарной помощи. И без того плачевную ситуацию ухудшило мощное землетрясение весной этого года. Любое ухудшение условий жизни ставит людей на грань голода.
Как недавно сказал спецпосланник ООН по Сирии Гейр Педерсен, «очень плохая экономическая ситуация стала еще хуже».
За последние три месяца сирийская лира резко обесценилась, потеряв 80% своей стоимости. Национальная валюта упала до рекордно низкого уровня в 15 500 сирийских лир за доллар. А зарплата некоторых мелких госслужащих не превышает 20 долларов. Для сравнения: три года назад за доллар на черном рынке давали 3500 лир, а 12 лет назад в начале войны — всего 47 лир.
Башар Асад и его сторонники винят во всем внешние силы и кивают на душащие страну американские санкции, действующие с июня 2020 года.
Особенность новой протестной волны в том, что она затронула в основном тех, кто еще недавно если и не поддерживал правящий клан, то относился нейтрально. Прежде всего речь о религиозных меньшинствах — алавитах и друзах.
Асад — сам алавит, и он последовательно изображал себя как главного защитника религиозных меньшинств от радикальных исламистов.
— Друзы не боятся идти на демонстрации, потому что, во-первых, они вооружены, а во-вторых, они знают, что режим не будет по ним стрелять. В этом и все отличие от суннитов в Дераа в часе езды, — говорит эксперт Вашингтонского института и доцент Лионского университета Лион-2 Фабрис Баланш.
Асад сейчас оказался в сложной ситуации и должен выбирать — не обращать внимания на протесты и тем самым, возможно, дать им разрастись по всей стране или положить им конец и еще больше настроить против себя людей.
— Этот нарратив [о заботе о меньшинствах] сейчас разваливается. Он же связал Асаду руки, — цитирует издание Al-Monitor главу Центра изучения Ближнего Востока в Университете Оклахомы Джошуа Лэндиса.
Наблюдатели указывают на еще одну особенность нынешней волны протестов. Люди пытаются отойти от прежнего конфессионального деления и во главу угла ставят национальную принадлежность.
— В прошлом друзы действовали пассивно, опасаясь исламских экстремистов и веря в нарратив властей о поддержке меньшинств, — размышляет сирийский оппозиционер Фирас Контар из Сувейды, живущий во Франции. — Сейчас протестующие отбрасывают любую общинность: «Есть только один сирийский народ», — звучит на акциях протеста.
В протестах участвуют не только друзы, но и местные бедуины (арабы-сунниты), а также арабы-христиане. Состав их тоже разнообразен — к протестам присоединились не только политические активисты, но представители интеллигенции и религиозные деятели.
Утопить протесты в крови было бы невыгодным для Асада еще и с дипломатической точки зрения.
В мае этого года Асад триумфально вернулся в Лигу арабских государств после 12 лет отсутствия. А выгнали оттуда сирийского президента именно из-за кровавого подавления протестов в ноябре 2011 года.
Что дальше
Эксперт по Сирии Чарльз Листер из Middle East Institute в Вашингтоне называет свежие протесты настоящей угрозой режиму: «То, что недовольство растет среди сторонников Асада, показывает, насколько уязвимым и неустойчивым стало его правление».
Фабрис Баланш, эксперт Вашингтонского института, со своей стороны, напоминает о могущественных союзниках Асада — России и Иране, которые не дадут Асада в обиду.
То, как поведет себя Асад в ближайшие месяцы, определит и дальнейшую судьбу протестов и протестной волны.
В конце ноября Асада ждут в Дубае на климатической конференции COP28. Саммит станет первым выходом сирийского президента в свет с 2011 года.