Тело жителя Херсона Виталия Лапчука достали из Днепра с гирей на ногах в июне 2022 года. Это была одна из первых историй из оккупации, шокировавших Украину. Спустя три года его жена рассказала журналистам проекта «Радио Свобода» «Новости Приазовья» подробности случившегося.
Перевод материала на русский язык опубликовало «Настоящее время». Полностью его можно прочитать на сайте Украинской службы «Радио Свобода».
«Тела прямо на свалках забрасывали шинами и жгли»
Подполковник полиции и бывший военный Виталий Лапчук с первых дней полномасштабного вторжения России в Украину присоединился к рядам местной территориальной обороны. 27 марта 2022 года его задержали российские военные, жестоко избили и приехали к нему домой. После обысков забрали жену и сына, которых также допрашивали. Избиения Лапчука продолжились в херсонском управлении полиции. Жену и сына вскоре отпустили.
Более двух месяцев Алена Лапчук пыталась найти место, где российские военные могли удерживать Виталия, надеясь, что он жив и его обменяют. О смерти мужа она узнала в начале июня 2022 года. Женщине сообщили, что в Херсоне в реке нашли тело мужчины с признаками пыток — проломленным черепом и гирей на ногах. По описанию Алена узнала своего мужа.
«Я общалась с патологоанатомом. Она мне рассказывала, что и как. Еще 22 мая [мужа] нашли в реке. Она мне объяснила, что не все может рассказать или написать, потому что она в оккупации, у нее два сына. Я ее понимаю и благодарю. Спасибо, что она сохранила тело, что похоронили его возле моего отца и брата. Очень многие не нашли захоронения своих родных», — рассказывает Алена Лапчук.
По ее словам, в начале оккупации многих жителей Херсона, которые не соглашались сотрудничать с оккупационной властью, убивали.
«Очень много людей не знают, куда делись тела их родных. Знают, что были арестованы. Мои родственники рассказывали, что тела жгли, прямо на свалках забрасывали шинами и жгли. Весь город вонял жженым мясом и костями. Со всеми, кто не соглашался, там разговор был короткий: либо ты подписываешь все бумаги на сотрудничество и рассказываешь то, что им нужно, либо исчезаешь», — говорит она.
«Хлопцы сбрасывали ему данные, а он передавал по телефону»
Алена Лапчук говорит: ее муж верил, что Херсон можно удержать. Он вернулся из Киева 24 февраля. На рассвете сразу поехал на Антоновский мост. После всего, что он там увидел, решил, что не может стоять в стороне. Женщина говорит, что на фото, которые он послал ей с места обстрела, было много погибших, в том числе детей, пытавшихся выехать с Левобережья.
У Виталия Лапчука было военное образование и опыт, который пригодился во время оккупации. По словам жены, он вместе с побратимами передавал украинской разведке координаты российских колонн.
«Товарищ из училища свел его с разведкой, — рассказывает жена Виталия Лапчука. — Я тогда не понимала, что это очень опасно. Хлопцы сбрасывали ему данные, а он передавал по телефону».
Муж верил, что логистика — главная слабость российских войск, говорит Алена. Поэтому вместе с другими теробороновцами пытался взорвать Антоновский мост, но конструкция оказалась очень прочной.
Лапчук продолжал передавать информацию украинским военным, поддерживал контакт с людьми на левом (оккупированном) берегу Днепра. После задержания его обвинили в организации движения сопротивления.
«Четыре боевика с дубинками — это был конец»
Алена Лапчук говорит, что до сих пор не знает всех обстоятельств задержания мужа. После нетипичного телефонного молчания он появился дома с окровавленным лицом и в сопровождении российских силовиков, вспоминает женщина. В жилье провели обыск, затем всю семью Лапчуков отвезли в херсонское управление полиции. Там через стену Алена слышала, как пытали ее мужа.
«Один говорит: „Дай мне резиновую дубинку. Молчит? Отработай по нему“. Я как это услышала — у меня началась истерика. Я поняла, что он не выживет. Он будет молчать, но его убьют. Четыре боевика с дубинками — это был конец», — говорит женщина.
У Алены с сыном в полиции сняли отпечатки пальцев, сфотографировали и взяли образцы ДНК.
«Мы для них — „бандеровцы“, потому что мы не так говорим по-русски. К нам они относятся как ко второму сорту людей», — говорит женщина.
Алену Лапчук с сыном отпустили 28 марта 2022 года. Женщина считает, что это стало возможным только потому, что ее муж к тому времени уже был мертв.
«Я считаю, нас отпустили только потому, что его убили. Прямо тогда, — говорит женщина. — Будь он жив, нас держали бы, чтобы им манипулировать. Нас вывезли под тот самый мост, где нашли нашего соседа с пулей в голове. Сказали: «Считайте до ста — и можете идти домой».
«Причина смерти — неизвестна»
Тело Виталия обнаружили 22 мая — почти через два месяца после задержания. Его обнаружили в речном порту с гирей, привязанной к ногам.
«Я прочитала об этом в телеграм-канале журналиста Константина Рыженко. Кто-то нырял, увидел куртку, тело. Это — фарватер, глубина — 8−10 метров. Я не верю, что кто-то просто нырял в мае. Но тело достали. Фото мне не показывали — только сыну. Он сказал, что „ошибиться невозможно“, — говорит Алена. — Я, наверное, последняя, кто его видел. Патологоанатом написала: „Причина смерти — неизвестна“. После эксгумации сказали, что возьмут кость проверить, был ли он жив, когда его утопили. Если в кости будет планктон — значит, утопили заживо. Я сказала, чтобы мне этого не говорили. Это шок».
Осмотр тела после эксгумации проводился в Николаеве. Но женщина больше не задавала вопросов.
«Я ничего не спрашивала. Есть только справка из оккупации. Там написано, что он погиб 20 апреля. А где он был с 27 марта — неизвестно. Врач мне сказала: „Ну, надо же было какую-то дату написать. Я так и написала“. Она была в оккупации. Что тут скажешь?» — говорит Алена.
Украинские военные деоккупировали правобережную часть Херсонской области в течение лета-осени 2022 года. Областной центр был освобожден 11 ноября 2022 года.
