Более 8600 приговоров и девять смертей в заключении. Шесть лет репрессий в Беларуси в цифрахМассовые помилования также не остановили репрессии — список политзаключенных продолжает увеличиваться почти каждую неделю.
Экс-политзаключенная Наста Лойко спустя четыре года наконец встретилась со своей собакойСобаку Эрика друзья правозащитницы после ее задержания перевезли в Чехию, где он до сих пор и живет.
«С этим высказыванием лучше быть осторожнее, потому что за него теперь дают 12 лет». Как живет Статкевич после освобожденияЭкс-политзаключенный рассказал, что считает перенесенный в заключении инсульт результатом отказа в необходимых лекарствах.
«Сотрудники КГБ тоже были страшно злы на меня». Статкевич рассказал, что происходило на границе с Литвой, где его уговаривали уехатьПолитик подчеркнул, что никогда не сожалел о решении отказаться от выезда в Литву: «Но я знаю, что моим самым близким людям было очень тяжело».
Политзаключенную Елену Лазарчик снова поместили в ПКТ на полгода — «Вясна»В сентябре 2022 года Елену приговорили к восьми годам лишения свободы, потом добавили еще полтора года.
Уехавшие из-за репрессий беларусы рассказали о своем опыте жизни в лагерях для беженцев — вот их истории«Несколько раз в день можно было выйти на прогулку во внутренний дворик — поиграть в футбол, баскетбол. Но не дальше», — рассказывает бывший политзаключенный.
Из Беларуси эвакуировали семью барабанщика, который играл на протестах и получил шесть лет колонииАлексея Санчука хотели поставить под превентивный надзор — то есть его жизнь во многом должна была бы контролироваться силовиками.
Политзаключенный, освобожденный по помилованию, перенес инфаркт — «Вясна»Известно, что мужчина был приговорен к четырем годам лишения свободы. Отбывал наказание в Бобруйской исправительной колонии № 2.
«Можно в пекле оказаться». Аналитик о том, чем закончатся переговоры Лукашенко и США об освобождении политзаключенных«То, что Трамп может махнуть рукой, — да, может. Потому что для него это не первая тема в повестке дня».
«Освободить с возможностью остаться в Беларуси». С какими ограничениями сталкиваются бывшие политзаключенные после помилованияАннулированные паспорта, профучет, риск нового преследования и препятствия для трудоустройства — такие меры применяют к экс-узникам.
Построения под палящим солнцем, духота в цеху и душ по расписанию — как переживают жару в Гомельской женской колонии«Женщины натягивали платки на лицо, мочили косынки водой, мочили сами платья, чтобы хоть как-то облегчить это состояние».
Лукашенко: «У меня сложились определенные впечатления и мнения в отношении США»«В тесном контакте работаешь с Джоном Коулом (спецпосланник президента США. — Прим. ред.). Передай ему самые добрые пожелания и его прелестной супруге».
Вынесен приговор еще двум политзаключенным за участие в «экстремистском» формировании — «Вясна»Они получили по шесть лет лишения свободы в исправительной колонии в условиях усиленного режима.
Беларус вернулся из Польши на родину и попал под уголовку за политику — «Наша ніва»Вероятно, беларуса приговорили к лишению свободы в колонии — в интернете он не появляется.
«Людей надо спасать». Марина Золотова — об оттепели, которой нет«Одно дело говорить о том, что с диктатором надо вести переговоры ради спасения людей и прекращения репрессий, совсем другое — говорить о том, что наступила оттепель».
Политзаключенной Валентине Наумовой огласили приговорЕй назначили столько, сколько и запросило гособвинение.
Что значит «сотрудничать с администрацией колонии» на самом деле? Кому из наших героев это предлагали? Спросили у бывших политзаключенных«У фразу „супрацоўнічаць“ адназначна ўваходзіць даваць інфармацыю аб іншых вязнях з тым, каб гэтыя вязні потым пацярпелі. Часта можна сустрэць меркаванне, што, маўляў, вось я супрацоўнічаў ці супрацоўнічала, а ад гэтага ніхто не пацярпеў. Такога не бывае. Інфармацыя, ад якой ніхто не пацерпіць, аператыўнікаў не цікавіць. Яны яе і самі могуць здабыць, без дапамогі „агентуры“».