Олег работал фотографом в Беларуси и рассчитывал продолжить карьеру в Польше. В этой стране он живет уже три года, но пока основная профессия не приносит специалисту достаточно средств, чтобы обеспечивать семью. Несмотря на многочисленные заказы, беларусу приходится подрабатывать в такси и в других местах. Почему так происходит и в чем отличия в работе фотографа в Польше и Беларуси, мужчина рассказал MOST.
«Я себя вначале не уважал»
Олег родом из Бреста. В 2022 году из-за политических репрессий он вынужден был уехать из страны. Для переезда выбрал Варшаву и сразу стал предлагать свои услуги.
Мужчина называет себя специалистом среднего класса. В Беларуси в сезон свадеб он зарабатывал около 1500 долларов в месяц. В Варшаве он тоже работает на свадьбах, корпоративах, снимает лавстори, а также берет заказы на персональные съемки.
— Сейчас, например, хорошо заходит нетворкинг или бэкстейдж со съемок (закулисная съемка, которая показывает процесс работы фотографа и моделей. — Прим. ред.). Это даже можно назвать основным моим заработком на фотографии.
Когда Олег только приехал, за часовую съемку в Варшаве мог заработать от 250 злотых (около 65 долларов). Мужчина считает, что это мало и, возможно, низкая цена отпугивала клиентов. В 2025 году он поменял прейскурант и теперь берет за такие услуги от 400 злотых (около 100 долларов).
— Я три года не повышал цену, но сейчас меня знают, поэтому могу брать больше. Хотя обычно цена плавающая, и всегда можно договориться. Некоторые поляки берут и 600 злотых за час. Если ты нормальный фотограф и себя уважаешь, то цена будет хотя бы 350. Я себя вначале точно не уважал.
«Тусуюсь среди эмигрантов»
Но даже теперь Олегу не удается сделать фотографию основным источником заработка. Ему приходится искать подработки: монтировать видео, таксовать. Одна из причин — боязнь выйти на польский рынок из-за недостаточного знания языка. Но главное — для полноценного старта нужны сбережения, которые позволяют вкладываться в рекламу и обеспечивать семью в первое время. Ведь пока фотограф делает себе имя, он зачастую вынужден предлагать низкие цены.
— Я знаю, что некоторые [фотографы] нормально вышли [на польский рынок] и работают. Но я среди эмигрантов в основном тусуюсь, и получается, что с ними и делаю бизнес. Много наших соотечественников открывает свое дело, и им нужен качественный контент. Вот и обращаются ко мне: могу кондитерскую поснимать, могу тренажерный зал. Это приносит мне здесь деньги.
Но заказы эмигрантов, по оценкам Олега, занимают всего 5% польского рынка, а конкуренция за них выше.
При этом жизнь в Польше дороже, чем в Беларуси.
— Если в Бресте я снимал квартиру за 150 долларов, то в Варшаве приходится платить почти тысячу. Плюс ребенок родился в эмиграции, и расходов стало в разы больше. Минимум в месяц мне нужно зарабатывать около пяти тысяч злотых (около 1270 долларов), чтобы прокормить семью и заплатить за квартиру.
«В Польше на свадьбах вообще не парятся»
Финансовую ситуацию позволяют исправлять заказы на съемку свадеб. За одну можно заработать 3,5 тыс. злотых (890 долларов), но Олег говорит, что есть фотографы, которые берут и вдвое больше.
— Когда есть свадьба, я живу припеваючи, — признается он.
Олег снимает в основном свадьбы смешанных пар — беларуса и польки или поляка и беларуски. Бывают его клиентами и украинские пары.
Мужчина снимал свадьбы и в Беларуси, но в Польше церемонии очень отличаются, как и отношение молодоженов к фотосъемке.
— Для наших пар фотография — это огромный культ. Люди буквально ждут фото. Планируется съемка по этапам, все обсуждается. А в Польше вообще не парятся: просто придешь, пофоткаешь и потом присылаешь готовый материал. И это не только у меня, это вообще в целом. Здесь все гораздо проще — важно словить момент и сделать хороший репортаж.
Кроме того, в Беларуси есть традиционные элементы свадеб: выкуп, вручение каравая. Олег отмечает, что на польских свадьбах он практически не видел традиций.
— Даже в загсе не все так традиционно, как у нас: пришел, расписался — и дальше.
«Суп на свадьбе — это для меня немного разрыв шаблона»
В Беларуси родители молодых всегда устраивали отдельный стол для фотографа и видеографа. В Польше Олег прописывает в договоре, что во время работы на свадьбе его должны покормить. Иногда выбор блюд вызывает у мужчины удивление.
— На двух-трех свадьбах у меня был суп. Для меня это всегда немного разрыв шаблона, потому что у нас я не видел супов на свадьбах. Иногда кажется, что ты в столовой, несмотря на то что находишься в дорогом ресторане. Но в Польше принято подавать суп, и эту традицию надо уважать.
Он также заметил, что у иммигрантов принято приглашать ведущих, в то время как на польских свадьбах обходятся без них.
— Когда в парах оба из Беларуси или Украины, они сами находят ведущего русскоязычного — с ним работать комфортнее. Когда же в паре есть поляк, то я не видел ведущих на свадьбах — за все отвечает диджей.
Эмигранты выбирают «немного сумасшедших» фотографов
Олег условно делит фотографов в Польше на два лагеря. Есть те, кто работает «от своего портфолио». Они выполняют качественную работу — «например, классную и дорогую съемку в Италии», — а потом с помощью таргетированной рекламы продвигают себя. Представителей второго лагеря Олег называет «немного сумасшедшими». Они не могут себе позволить выделить средства на продвижение и зарабатывают, полагаясь исключительно на сарафанное радио. Но эмигранты из Беларуси и Украины в основном заказывают фотографов из второго лагеря.
«Местные триггерятся, когда видят кириллицу»
Олег считает польский рынок фотографии слабее, чем в Беларуси. Он полагает, что развиваться хотят в основном мигранты — они постоянно стремятся показать уровень выше, чем у конкурентов.
— Здесь иногда бывает настоящий колхоз: обработка ужасная, пересветы. Топы польские едут снимать в Италии воркшопы, и у них получается очень красивое и дорогое портфолио, а туда ни в коем случае не добавляются свадебные съемки.
Хотя пока работу фотографом Олегу приходится совмещать с подработками, он рассчитывает реализоваться именно в своей специальности. Чтобы выходить на местную аудиторию, Олег создал отдельный аккаунт на польском языке в социальных сетях.
— Местные очень триггерятся, когда видят кириллицу, — объясняет он. — Они что-то не понимают. И не все хотят работать с иммигрантами. Им нужен полностью свой человек. Очень хорошо в Польше работает сарафанное радио — лучше, чем реклама. Так что буду больше работать над собой.