С появлением ребенка некоторые люди становятся более тревожными. Конечно, беспокоиться за жизнь и здоровье своего чада — нормально. Но что делать, если эти переживания накрывают с головой и, возможно, даже перерастают в гиперопеку? «Зеркало» поговорило с практикующим психологом с 20-летним опытом и директоркой Европейского института современной психотерапии Анной Матуляк о том, почему у родителей возникает тревога, где тот момент, когда она выходит за рамки разумного, и нужно ли с этим что-то делать.
Тревожиться может быть даже полезно. Но важно замечать моменты, когда это все же происходит без особого смысла
По словам Матуляк, тревога — это нормальное явление. Она помогает человеку избегать опасных ситуаций или мобилизовывать свои ресурсы для того, чтобы с ними справиться. Но безосновательная тревога, отмечает экспертка, действительно может значительно снижать качество жизни.
— Человек, который постоянно испытывает тревогу, подвергается как физическому, так и эмоциональному истощению, потому что его деятельность разворачивается вокруг обслуживания этой тревоги, — говорит Матуляк. — Психика начинает проектировать различные ситуации, раскручивать их и готовиться к опасности, которая может никогда не наступить.
Состояние тревоги, как правило, влияет не только на человека, который ее испытывает (в данном случае — родителя), но и на окружающих его людей, в том числе — детей. Матуляк обращает внимание, что дети — чувствительные и эмпатичные и, видя тревогу и беспокойство родителей, начинают испытывать волнение автоматически, даже не понимая, есть ли для этого реальный повод.
— В перспективе это может привести к тому, что ребенок на постоянной основе будет испытывать стресс и не будет чувствовать себя в безопасности, — отмечает психолог. — Нормальное развитие ребенка происходит из точки покоя. Соответственно, стресс и отсутствие чувства безопасности будут мешать ему полноценно развиваться, изучать и осваивать этот мир.
По словам Матуляк, важно научиться различать рациональную и иррациональную тревогу. Рациональная тревога — полезный внутренний инструмент, поскольку он помогает спрогнозировать возможные опасные ситуации и предупредить их возникновение.
— Например, ребенок ушел в школу и забыл важный реферат. Родитель может начать тревожиться, что его ребенок будет волноваться, не сможет ответить и получит плохую отметку. Тогда можно позвонить ребенку и попросить вернуться или самостоятельно отвезти доклад в школу, — приводит пример собеседница. — То есть рациональная тревога подводит родителя к тому, чтобы он разрешил сложившуюся ситуацию и устранил причину переживаний.
В ситуации с иррациональной тревогой все иначе, потому что она не приносит никакой пользы. Матуляк отмечает, что в данном случае родитель начинает тревожиться о том, что, скорее всего, не произойдет, или о том, что произойдет неизбежно, но повлиять на это он никак не сможет.
— В той же ситуации иррациональная тревога может уводить фантазию родителя слишком далеко. Например, он начинает накручивать себя, что ребенка вызывают к доске, он, видя, что забыл реферат, начинает волноваться, из-за волнения падает в обморок, и ему вызывают скорую. Или другой вариант — ребенок ничего не может ответить, ему ставят двойку, все одноклассники и друзья над ним смеются и отворачиваются от него, — продолжает Матуляк.
Наиболее вероятная причина тревоги — собственный негативный опыт и завышенные ожидания
Среди причин, по которым у родителя может возникать тревога, одной из главных Матуляк выделяет собственный негативный опыт.
— В жизни родителя могли быть ситуации, во время которых он ощущал себя небезопасно или неприятно. Родитель проецирует свои переживания на ребенка и беспокоится, что тот столкнется с чем-то подобным, — утверждает экспертка. — Как правило, это происходит в том случае, когда родитель не пережил, не переработал и не отрефлексировал собственный эмоциональный опыт. То есть не взял на себя ответственность за свои чувства.
В качестве примера Матуляк приводит негативный опыт посещения родителем детского сада. Столкнувшись в свое время со злой воспитательницей, которая повышала на него голос, родитель будет впадать в панику, отводя в дошкольное учреждение уже своего ребенка. Вероятнее всего, такой родитель в каждом воспитателе будет видеть подвох.
— Кроме того, грусть ребенка или его плохое настроение может считываться родителем как утаивание чего-то страшного, — говорит собеседница. — Это плохо тем, что родитель начинает терять связь с реальностью и не может разглядеть истинную причину грусти ребенка. Это может быть, например, сепарация — когда ребенку в целом грустно расставаться с мамой. Вместо этого слезы ребенка вызывают у родителя шок и желание забрать из детского сада и больше туда не отдавать. Несмотря на то, что грустить и плакать при расставании — нормально.
Еще одной причиной родительской тревоги могут стать ожидания относительно ребенка.
— Родители, которые имеют четкие ожидания и которые воспринимают ребенка как чистый лист бумаги, на котором можно написать все, что им нужно и удобно, как правило, сталкиваются с разочарованием, — говорит экспертка. — В силу определенных обстоятельств у ребенка могут начать формироваться черты, которые не будут нравиться родителям, не будут для них удобными. Для родителей это означает отступление от ожиданий и может приводить к серьезным переживаниям.
Склонность к гиперконтролю зарождается в нас с детства. Вряд ли ее «провоцирует» лишь тревога за своего ребенка
По мнению Матуляк, склонность к гиперконтролю зарождается с детства. Как правило, люди, склонные к нему, росли в условиях, где им не обеспечили базовое чувство безопасности. Например, в семье был человек с алкогольной или наркотической зависимостью, или родители скандалили и агрессивно себя вели на постоянной основе.
Так у нас может сначала формироваться тревожность, а после — потребность в гиперконтроле.
— Стремление контролировать все вокруг заставляет человека сужать сферу своей деятельности и общения, потому что контроль возможен только в маленьком пространстве. Такому человеку безопасно лишь тогда, когда у него есть очень четкий, понятный маршрут, — говорит психолог. — Глобальные события, такие как переезд, смена работы и даже знакомство с новыми людьми, могут превращаться в пытку, потому что контролировать их невозможно.
Как правило, с появлением ребенка стремление к контролю у чрезмерно тревожных людей лишь усиливается. По мнению Матуляк, это приводит к тому, что в итоге свою потребность в безопасности родитель навешивает на ребенка и пытаться создать для него «стерильный мир», не осознавая при этом, что в действительности ребенок не будет чувствовать себя в безопасности.
— Что вообще такое безопасность? Это когда родители отвечают на вопросы, которые появляются у ребенка пропорционально его возрасту, когда они в достаточной степени обеспечивают ему поддержку и принятие, когда уделяют внимание его чувствам и переживаниям. Все это укрепляет доверие к миру. У ребенка формируется адекватная самооценка. Ребенок не боится пробовать что-то новое. При этом ребенок понимает, что если будет что-то опасное, то он с этим справится, — отмечает собеседница.
Она уверена, что задача родителя состоит в том, чтобы оградить ребенка от собственных переживаний и дать ему опору в своем лице и возможность на собственном опыте научиться переживать сложные чувства.
— Когда родитель звонит совершеннолетнему ребенку в два часа ночи и спрашивает, где он и когда вернется, или даже требует вернуться, потому что якобы волнуется, то в данном случае родитель не волнуется, а просто перекладывает ответственность за свои чувства на другого человека, — объясняет Матуляк. — Потому что истинное волнение за взрослого ребенка осталось бы внутри. Но если бы родитель все же захотел озвучить свои переживания, то, скорее всего, это звучало бы так: «Я волнуюсь. Как ты заботишься о своей безопасности?» То есть родитель поделился бы чувствами, но не обязывал бы ребенка какими-то нормами или правилами.
Замечаете за собой описанное выше поведение и оно вас напрягает? Это исправимо
Бороться с иррациональной тревожностью и гиперконтролем, по мнению Матуляк, стоит, если это влияет на качество жизни как родителя, так и ребенка.
— Например, ребенок никогда не катается на качелях или не съезжает с горки, потому что мама волнуется, что с ним что-то случится. Или мама вовсе отправляет ребенка гулять с папой, потому что у него хотя бы не останавливается сердце, когда он видит ребенка на определенной высоте, — описывает собеседница. И уточняет: — При этом папа, конечно, адекватный взрослый, который не будет просто закрывать глаза на опасность.
То есть, со слов Матуляк, если мама отправляет гулять с ребенком его отца, только чтобы не испытывать тревожность, но при этом ребенок хочет идти гулять именно с ней, — это становится реальной проблемой ребенка, которую целесообразно решать.
Советовать что-то общее для всех, считает Матуляк, было бы неправильно. Сперва психотерапевт должен определить степень тревожности, а уже после — назначить подходящее лечение.
— Если у родителя действительно есть тревожное расстройство, то нужна будет фармакологическая поддержка. Если речь идет о повышенной тревоге, основанной на личном жизненном опыте, то достаточно будет психотерапии с психологом, — резюмирует экспертка.
Поблагодарить за статью