С начала года КГБ разослал списки людей, которые донатили в «протестные» фонды, во многие белорусские компании (в основном из IT-сектора). Силовики решили облегчить себе жизнь: теперь в КГБ приглашают айтишников не по отдельности, а целыми группами из десятков человек. Это следует из записи разговора руководства одной из минских IT-компаний с сотрудниками, которую прислали в редакцию «Зеркала».
Мы не указываем название IT-компании в целях безопасности. Это международный разработчик программного обеспечения и резидент ПВТ со штатом в Беларуси более 700 человек.
— Раньше мы записывались группами на посещение культурных мероприятий, а теперь — на поход в КГБ, — описывает ситуацию сотрудник IT-компании.
В конце июня в нее пришел список из КГБ на 50 человек. Руководство собрало их на инструктаж, на который пригласили «независимого адвоката» из Минской областной коллегии.
— К нам обратился КГБ с просьбой донести до вас определенную информацию, — говорит на записи заместитель директора IT-компании. — Все здесь присутствующие есть в списке по донатам. По закону у вас есть два выхода из этой ситуации. Первый вариант: посетить КГБ — от нашей компании будет записана группа. Там надо будет написать явку с повинной: «Я, такой-то, пожертвовал столько-то в пользу фонда, обязуюсь такого больше не делать». Далее на благотворительный счет надо будет перечислить сумму в десятикратном размере от доната — но не менее 1000 долларов. В течение трех месяцев вам выдадут бумагу об отказе в возбуждении уголовного дела. Второй вариант: вы можете никуда не идти — это ваше право. В этом случае запускается другой механизм. Рано или поздно к вам могут прийти, задержать. Велика вероятность, что на вас заведут уголовное дело.
Менеджеры компании предложили сотрудникам принять решение до конца рабочего дня: идти или не идти в КГБ. Тем, кого «эта новость по каким-то причинам шокировала», они предложили взять отгул и пойти домой «порефлексировать». Затем взял слово адвокат.
— Статья, по которой предъявляют претензии, — №361−2 УК (Финансирование экстремистской деятельности), — объясняет он. — Из этой статьи нам важно только примечание, которое звучит так: «Лицо, совершившее финансирование экстремистской деятельности, освобождается от уголовной ответственности по настоящей статье, если оно своевременно заявило о содеянном и (или) иным образом способствовало предотвращению и выявлению этого преступления». Нам важны две фразы: «своевременно» и «иным образом способствовало…». Первая фраза значит, что явку с повинной надо подписать до того момента, как вас задержали. Если тянуть и ждать, пока к вам придут силовики, пункт не будет работать. Вторая фраза как раз про компенсации в 10-кратном размере. В белорусском законодательстве сделки в уголовных делах вообще не предусмотрены. Но это что-то вроде сделки, которая, как вы знаете, применяется в США. Подобные примечания [как в статье 361−2] используются в белорусских судах в делах о взятках. Если человек добровольно приходит и говорит: я дал взятку, — он ответственности не несет. КГБ работает так испокон веков, работает и сегодня.
«Доводы в белорусских судах не работают»
По словам адвоката, случаев, чтобы человек написал явку с повинной, а потом его задержали, он не встречал.
— Были случаи, когда суд говорил: не было своевременности и добровольности, поскольку явка была написана после задержания, — говорит он на записи. — Так что важно написать явку с повинной до того, как к вам пришли. Что касается перспектив. Если вы идете по пути возмещения ущерба и написания явки с повинной, вы получите постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Сразу скажу: не получится просто возместить ущерб, не подписав явку с повинной. Если вы не пойдете в КГБ, рано или поздно на вас заведут уголовное дело. Долго оно длиться не будет — не более трех месяцев. Суд вынесет обвинительный приговор с вероятностью 95 процентов. Оправдательных приговоров у нас в стране очень мало. Никакие доводы о том, что вы донатили до того, как организацию признали экстремистской, не будут работать. Вы можете сказать, что не знали и у вас не было умысла (а умысел считается обязательной составляющей преступлений). Да, с точки зрения права состава преступления в ваших действиях нет. Но доводы в белорусских судах не работают. На практике это будет обвинительный приговор. Вы должны понимать эти реалии. Если в суде вы признаете свою вину и согласитесь компенсировать ущерб, скорее всего, вам дадут «химию». Если же пойдете в отказ — скорее всего, будет наказание, связанное с реальным лишением свободы.
Группа сотрудников IT-компании уже посетила КГБ и компенсировала «ущерб». Запись была групповая — для всех сотрудников из списка. Силовики с каждым провели беседу и проверили телефоны.
— Работники КГБ вели себя адекватно, — рассказывает один из айтишников. — Для них такие дела — это рутина. В разговоре силовики создают иллюзию, что они все знают — и человек (без всяких фактических доказательств) признает свою вину. В том числе потому что даже не помнит, что происходило три года назад, когда он делал донат.
Когда и как в Беларуси стали преследовать за донаты
В январе 2023 года стало известно, что в белорусские IT-компании начали приходить списки людей, которые донатили в фонды BYSOL и ByHelp в 2020-м. Людей из списка (и не только айтишников) приглашали на допрос в КГБ, где предлагали компенсировать донат в «протестный» фонд (часто в десятикратном размере).
Компенсация направлялась в один из государственных детских домов или медицинских центров. За компенсацию обещали выдать решение об отказе в возбуждении уголовного дела. Но при этом документы о заведенном уголовном деле людям не показывали.
Точной цифры тех, кто может быть в списках силовиков, нет. По словам сооснователя BYSOL Андрея Стрижака, силовики называли цифру в 5000 человек, но с 2020-го в фонд перечисляли деньги более 100 тысяч человек.
Позже выяснилось, как силовики вычисляют людей, которые донатили в фонды. Большинство таких донатов в 2020 году совершалось через Facebook. Силовики получили через белорусские банки списки тех, кто перечислял деньги с белорусских карточек. То есть они знают о факте платежа в сторону соцсети, но не о том, куда именно пошли деньги. Чтобы это выяснить, силовики проверяют приложение Facebook на телефонах во время допросов.
Проблема в том, что удалить информацию о платеже из своего аккаунта в Facebook сложно (радикальный вариант — удалить аккаунт полностью). Однако по крайней мере одному белорусу это удалось. Для этого он отправил несколько запросов в службу поддержки Meta и объяснил ситуацию. О том, что идут переговоры по поводу того, чтобы скрывать информацию о донатах, «Зеркалу» в марте говорил и сооснователь BYSOL Андрей Стрижак.
Поблагодарить за статью