Еще два года назад Павел Кучинский учил немецкий и мечтал пожить за границей, но проблемы со здоровьем изменили его планы. Весной 2021-го у парня обнаружили онкологию. К январю 2022-го молодой человек прошел восемь химиотерапий и собирался в Боровляны проверять дает ли лечение результат. Но снова все пошло не так. За несколько дней до поездки домой к нему пришли силовики. По словам родных, Павлу предъявили обвинение по пяти статьям Уголовного кодекса, все за комментарии. Близкие переживают, как пребывание в СИЗО отразится на его здоровье, и пытаются сделать все возможное, чтобы до суда ему изменили меру пресечения. Историю молодого человека рассказывает блог «Отражение». Мы перепечатываем этот текст.
Павлу 27 лет, он родом из Молодечно. Он окончил БГУИР и до армии работал на «Интеграле».
— Он год отслужил и весной 2020-го вернулся. Он продолжил работать на «Интеграле», а параллельно начал учить немецкий. Мечтал пожить в другой стране… Но осенью у него начались проблемы со здоровьем, — рассказывает младшая сестра парня Яна. — В итоге он никуда не уехал, а стал ходить по обследованиям. Весной 2021-го врачи выявили у него рак четвертой стадии. У Павла в лимфоузлах нашли опухоль.
Официально его диагноз звучит так: классическая лимфома Ходжкина. Это опухолевое заболевание лимфатической системы. Болезнь поражает лимфоузлы. С апреля до октября 2021-го молодой человек прошел шесть курсов химеотерапии, затем были еще две полихимиотерапии. С работы пришлось уйти, Павлу дали вторую группу инвалидности.
— Лечение ему меняли раза три или четыре, — объясняет Яна. — Назначали, через какое-то время смотрели, есть ли результат. Улучшений не было, и медики подбирали новый вариант.
Из-за химий иммунитет Павла сильно ослабел. Сестра говорит, что кроме родных он практически ни с кем не контактировал. Каждый день лишь ненадолго выходил на улицу, чтобы немного подышать свежим воздухом.
«Ему предъявили обвинение по пяти статьям. Все за комментарии»
— Мы с мамой живем в Молодечно, а Паша с бабушкой и дедушкой — за городом. Бабушка у нас медик, она ему колола уколы, давала лекарства, — говорит Яна и переходит к событиям 26 января 2022 года. — В этот день Паша на полчаса заехал на квартиру, тут же он и прописан. Следом пришли двое сотрудников и трое понятых. Предъявили ордер на обыск и попросили смартфоны. Посмотрели телефон Паши и наши с мамой. Из квартиры ничего не забирали, но брата увезли с собой. Сказали на разговор. Разговор закончился тем, что его задержали на трое суток для выяснения обстоятельств. Потом нам сообщили: за решеткой он будет до суда.
Только через трое суток Павлу смогли передать лекарства и обезболивающие: из-за лимфомы молодого человека мучили сильные боли.
По словам родных, изначально Павла обвиняли по двум статьям Уголовного кодекса: 391 (Оскорбление судьи или народного заседателя) и 369 (Оскорбление представителя власти). Позже к этому перечню добавились еще ст. 364 (Насилие либо угроза применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел), ст. 368 (Оскорбление президента) и ст. 389 УК (Угроза в отношении судьи).
— Сегодня (мы общаемся 11 апреля. — Прим. Ред.) ему предъявили обвинение по пяти статьям. Все за комментарии. На данный момент известно про 18 случаев, — объясняет сестра. — В каких чатах что-либо писал, я не знаю, политику мы с ним никогда не обсуждали, но брат, как и я, человек эмоциональный. Возможно, в сердцах он мог что-то сказать.
«Может он уже хочет, чтобы все это закончилось, поэтому и не стремится лечиться…»
Яна вспоминает, что когда силовики увозили Павла из дома, он был поникший. Какое сейчас у него состояние, родные не знают. Все вести от брата семье доходят только через адвоката и письма, которые идут с задержкой. В посланиях молодой человек на здоровье не жалуется. Только просит передавать ему лекарства и обезболивающее.
— До суда Павла отправили в СИЗО Жодино. Откуда его периодически возят в Молодечно на следственные действия. Сейчас он тоже там, — рассказывает Яна и добавляет: семья старается сделать все возможное, чтобы Павлу изменили меру пресечения. — Дедушка писал в Следственный комитет и прокуратуру. Просил разрешить брату находиться дома до суда.
В прошении отказали. Причину пояснили так: молодой человек может скрыться от органа уголовного преследования.
— Когда прошение не сработало, адвокат помог Паше написать просьбу о медицинской помощи. Брата поместили в лазарет. Насколько я понимаю, когда он в Жодино, он под наблюдением медиков изолятора, — говорит сестра. — Сразу, когда его привозили в Молодечно, через пару дней тут же увозили обратно. Но две последние недели он, считай, полностью пробыл на следственных действиях. В итоге в Молодечно звонили из Жодино, говорили, чтобы Пашу вернули: нельзя его держать так долго в обычной камере. Его вернули, а через несколько дней привезли в Молодечно снова.
Кроме того, продолжает Яна, Павел писал прошение о том, чтобы его отвезли на обследование. Его одобрили. Согласно заключению РНПЦ онкологии и медицинской радиологии им. Александрова, «в феврале 2022-го Павел прошел еще два курса полихимиотерапии. По данным на конец марта, его здоровье не улучшается».
— Мы сравнили бумагу о его здоровье на момент задержания и нынешнюю. Бабушка говорит, в его организме начался воспалительный процесс. Опухоль также растет, — отмечает Яна.
— Когда мы пошли с этим заключением к следователю, она отказалась его принимать. Сказала, из Жодино ей ничего не поступало, откуда ей знать, что эти бумаги действительны. Говорила, Павел на здоровье не жалуется, а если будет жаловаться, помощь ему окажут, — передает ту беседу Яна. — Следователь считает, что своими действиями мы только тормозим следствие.
— Что вам сам Паша пишет о своем здоровье?
— В феврале рассказывал, что немного приболел. А так особо ничего. Думаю, не хочет, чтобы мы волновались, или боится, что письма с жалобами не пропустит цензура, — рассуждает сестра. — Знаете, мама еще предположила… Может он уже хочет, чтобы все это закончилось, поэтому и не стремится лечиться. В его состоянии раньше было такое, когда он только узнал про рак. Руки опустились, и человеку словно уже ничего не хотелось. Мать отчима, когда у нее обнаружили рак четвертой стадии, отказалась от лечения. Где-то за полгода она умерла в сильных муках. Все время рядом с ней тогда была наша мама. Сейчас мы боимся, что так же может быть и с Пашей.
— А какие прогнозы дают врачи?
— Шансов на ремиссию мало, но они есть, — заключает Яна.
Поблагодарить за статью