Аналитический центр Chatham House 24 марта представил исследование «Взгляды белорусов на военный конфликт России и Украины». Кроме прочего, в нем говорилось, что 28% респондентов (по информации центра, выборка соответствует структуре городского населения страны) выступают за поддержку действий России, но без прямого вовлечения Беларуси в конфликт. Почему процент людей с подобным мнением в нашей стране такой высокий? И почему поддержать Украину в том же контексте готовы гораздо меньше горожан? Мы задали эти вопросы автору исследования Рыгору Астапене и социологу Геннадию Коршунову.
28% горожан, поддерживающих действия России в Украине — откуда взялись такие большие цифры?
Рыгор Астапеня отмечает, что эти люди представляют электорат действующей власти. По словам автора исследования, это та публика, которая смотрит российские и белорусские государственные СМИ и составляет мнение на основании информации из этих источников. В их картине мира Лукашенко — как раз тот человек, который позволил Беларуси не быть втянутой в войну.
— По этой логике, мы не воюем, потому что у нас есть вот этот человек, его «политические таланты» якобы ставят Беларусь в более безопасную позицию. В их голове все выглядит следующим образом: пришел какой-то сильный ураган, метет в сторону белорусского юга. А благодаря Александру Лукашенко Беларусь он не затрагивает, — отмечает исследователь.
При этом социолог и старший эксперт «Центра новых идей» Геннадий Коршунов считает, что количество поддержавших такое утверждение — это «сравнительно небольшие цифры». Он отмечает: если смотреть на ситуацию с электоральной точки зрения, то 28% тех, кто поддерживает действия России, и 3% выступающих за участие Беларуси в военных действиях на ее стороне — это максимум поддержки, на которую может рассчитывать Лукашенко.
— Почему они есть и почему я считаю, что это не много? Показательны здесь «мемные» 3%. Это количество — ничто, меньше ошибки выборки. Можно сказать, что практически все белорусы против участия белорусских войск в этой войне. Теперь давайте посмотрим на 28%. Есть огромная разница между практически близкими по смыслу позициями — непосредственным участием и поддержкой. Она вызвана целым рядом факторов. Значительная часть людей в принципе отрицает, что Беларусь участвует в российской агрессии, даже если это именно так по международному праву. Они считают, что ничего не происходит — и это надо держать в голове. «Поддержка» России во многом риторическая, она не предполагает никаких активных действий, — поясняет Геннадий Коршунов.
Но почему эта поддержка все же есть? По мнению Коршунова, Лукашенко сам заявляет: Беларусь в войне не участвует, но она — союзница России. Именно поэтому люди считают, что наша страна должна предоставлять ей территорию для ведения войны. Таким образом, эта пассивная позиция сохраняется даже несмотря на то, что большинство белорусов выступают против непосредственного участия Беларуси в конфликте.
— Второй момент — это пропаганда. По исследованию хорошо видно: белорусские и российские госСМИ, которые работают практически по одинаковым лекалам, становятся источниками информации, на основании которых эти люди формируют свое видение мира и определяют позицию по поводу российско-украинской войны, — поясняет Коршунов. — Кроме этого, для многих действительно оказываются значимыми исторические спекуляции о том, что «мы с Россией были вместе и всегда». Это — выученная беспомощность на уровне массового сознания.
Лукашенко много раз говорил, что сохраняет «мирное небо над головой». Кажется, это было его главным обещанием электорату. Почему, когда Беларусь все же оказалась втянута в войну, процент сторонников власти не изменился?
Геннадий Коршунов считает, все дело в том, что на официальном уровне никакой войны нет — есть «спецоперация». А сам Лукашенко пытается абстрагироваться от военных действий при любой возможности.
— Его позиция в том, что нас не бомбят. Да, «провоцируют любыми способами», но Беларусь должна уцепиться зубами за мир и удерживать его на своей территории, — поясняет социолог. — При этом если опираться на начатое «Центром новых идей» исследование, люди, в окружении которых были адепты Лукашенко и Путина, уже говорят об изменении позиций их знакомых. Со времени начала войны убеждения электората Лукашенко достаточно пошатнулись. Что бы там ни говорила пропаганда, блицкрига с Украиной не получилось. Оказалось, что российская армия не такая победоносная, как заявлялось. До людей все равно доходит информация о том, что происходит на самом деле.
Геннадий Коршунов добавляет: те, кто «свято верил» в то, что Лукашенко — гарант мира и независимости, а СССР — непобедимая сила, разочаровываются в своих убеждениях.
— Для них это очень больно, и мгновенно такие процессы не происходят. Советские мифологемы после разрушения СССР прожили еще 30 лет — сейчас их остатки уходят. Они разрушаются и межличностными разговорами с соседями, и дружескими посиделками. Поэтому люди, знакомые со сторонниками действующей власти, отмечают, что определенные подвижки в этих группах уже наблюдаются, — говорит эксперт.
При этом Коршунов отмечает: важный момент состоит в том, что и само украинское государство хорошо организовано со стороны информационного фронта.
— Было несколько респондентов, которые говорили, что тематика украинских событий им неинтересна. Но как только они залезали в интернет и начинали смотреть какой-то ролик, новости начинали до них доходить. И эти люди говорили: «Судя по роликам, которые мы видим, это все же настоящая война». Таким образом, информация в интернете тоже разрушает подобные мифологемы, — объясняет социолог.
Людей, которые открыто поддерживают действия России — 28%, Украины — всего 4%. Почему так произошло?
Рыгор Астапеня объясняет, что в исследовании Chatham House следует обратить внимание на количество людей, выбравших позицию нейтралитета. Таких — 25%.
— Это тоже серьезное мнение. Можно даже сказать, такая позиция — по большей части проукраинская. Фактически люди выступают за то, чтобы вывести из Беларуси российские войска, а это противопоставлено действиям власти. И если смотреть с такой стороны, получается, что в стране достаточно тех, кто хотел бы какого-то иного исхода ситуации, чем тот, который мы наблюдаем сейчас, — говорит исследователь. — Людей, которые занимают открыто проукраинскую позицию, не так и мало, пятая часть среди опрошенных. Стоит учитывать, что 15% осуждают действия России, но не хотят вступать в военный конфликт. 1% предлагает воевать на стороне Украины, еще 4% — поддержать ее линию без прямого вовлечения. Это люди, которые читают независимые СМИ, они продемократичные и практически выключены из российской повестки. А тот факт, что последняя доминирует в Беларуси, абсолютная правда: в каждом телевизоре рассказывают про бандеровцев, нацистов, полк «Азов» и так далее. Пропаганда работает, а теперь ее шквал стал еще и очень сильным.
Такого же мнения придерживается и Геннадий Коршунов. По его мнению, за то, что лишь 4% опрошенных открыто поддерживают действия Украины, ответственность несет российская пропаганда.
— Как минимум с 2014 года весь пропагандистский нарратив строится на бандеровцах и фашистах. Это было и есть везде, начиная с советских фильмов. Воспринимаются такие вещи некритично, а это формирует определенную обстановку, — считает социолог. — Здесь нужно понимать, что доступа к украинской точки зрения у нас тоже практически не было: даже в независимых медиа этой теме уделялось не так много внимания. А вот что касается российского пропагандистского нарратива, в эту сторону он работал всегда.
Поблагодарить за статью