Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Россия не стремится сближаться с Беларусью в чувствительной сфере. «Зеркало» получило закрытый документ правительства
  2. «Вызывают у меня чувство глубокой брезгливости». Статкевич высказался о конфликте Тихановского с независимыми СМИ и блогерами
  3. В Минприроды объяснили, почему «исчезло» лесное озеро в Логойском районе
  4. На четверг объявили желтый уровень опасности
  5. Помните вагнеровцев, которых перед выборами-2020 задерживали в Минске и обвиняли в сговоре с Тихановским? Узнали, как сложились их судьбы
  6. «Люди никак не хотят понять: сделки в валюте запрещены». Минчанка купила дом и попала на деньги
  7. Лукашенко озадачился зарплатами в Минске
  8. Умер один из авторов школьного учебника по истории Беларуси Андрей Соловьянов. Ему было 45 лет
  9. В МИД Италии объяснили, как подозреваемый в диверсии мог получить визу в Минске. Посольство страны называют «самым щедрым» для туристов
  10. Для водителей ввели очередные изменения
  11. Пропагандист призывал «не ныть» тех, кто не может купить квартиру в Минске. Узнали, сколько стоит его жилье
  12. Сергей Тихановский против СМИ и блогеров. Зачем и как это ударит по Светлане — мнение
  13. Беларуска ищет сына, отправившегося воевать за Россию, — с весны не выходит на связь
  14. В Калинковичах трое рабочих погибли в канализационной шахте
  15. Президент Литвы остановился возле магазина послушать уличного музыканта из Беларуси и бросил ему монетку
  16. Для уехавших за границу в 2027 году введут ограничение. Сейчас выяснилось, что для них есть и другие изменения
  17. «Еле поступили». В Минобразования назвали самую популярную рабочую специальность
  18. Беларуска с тяжелым заболеванием попросила убежища в США, но попала в иммиграционный центр. Близкие и врач опасаются за ее жизнь
  19. Вводят изменение, которое касается пересечения границы
  20. «Рисковать самолeтом не хотелось». Почему беларусы платят почти 200 евро за выбор даты пересечения границы
  21. «Это она». Зеленский официально дал старт операции M&Ms против московских аэропортов — The Atlantic
  22. Забрали целый регион, назад отдали семь деревень. Вот как последний раз менялась граница Беларуси
  23. Для владельцев электросамокатов с 1 сентября действуют новые правила — подробности
Чытаць па-беларуску


Воеводский административный суд Варшавы отказал беларусской активистке в рассмотрении дела о международной защите в Польше, несмотря на явную связь девушки с этой страной: здесь живет ее молодой человек, а она проходит лечение. Если такое же решение вынесет последняя инстанция — Высший Административный суд, — дело будет передано Литве. Суд посчитал, что миграционная история девушки «не вызывает доверия», потому что она слишком часто ездила по ЕС и даже за его пределы до подачи заявления на международную защиту, пишет MOST.

ВНЖ Польши. Фото: legal-immigration.pl
ВНЖ Польши. Фото: legal-immigration.pl

Злата (имя изменено) участвовала в программах психологической помощи для беларусских активистов, часто принимала участие в семинарах, тренингах и конференциях для волонтеров в разных странах.

Девушка уехала из Беларуси еще в первые недели протестов 2020 года. Сначала в Украину, а потом в Литву. Там она получила ВНЖ и жила больше года. Но потом перебралась в Польшу, где живет ее молодой человек. И в июне 2024 года попросила о международной защите после окончания действия литовского ВНЖ.

Что такое Дублинский регламент и почему он может решить судьбу Златы

В ЕС действует Дублинский регламент — соглашение, определяющее, какая страна должна рассматривать заявление о международной защите. В общем случае это страна, выдавшая иностранцу документ для въезда в ЕС или разрешение на пребывание. А если такого документа не было — страна первого въезда в ЕС.

Однако регламент позволяет делать исключения: учитывать гуманитарные обстоятельства или семейные связи. Тогда дело направляется тому государству, с которым тесно связан заявитель или где живут его супруг/супруга, несовершеннолетние дети или родители несовершеннолетних.

К тому моменту, когда Злата подала заявление о предоставлении международной защиты, срок действия ее ВНЖ в Литве уже истек. И девушка, получив некачественную консультацию, ошибочно предполагала, что, по Дублинскому регламенту, она теперь не связана с Литвой. На самом деле это не так, ведь никакого другого документа государства ЕС она не получила.

Соруководительница восточного направления в WKB Lawyers и соучредительница инициативы Partyzanka Анна Матиевская, которая теперь ведет дело, полагает, что в случае Златы разумнее было бы сначала подать документы на ВНЖ в Польше, например на основании работы. В 2024 году, когда Злата просила о защите, такой путь был еще приемлем.

В соответствии с изменениями, вступившими в силу с 1 июня 2025 года, подать заявление на ВНЖ в Польше по ВНЖ другой страны ЕС уже нельзя.

Если бы девушка получила ВНЖ Польши, а затем обратилась за международной защитой, именно эта страна была бы ответственна за рассмотрение ее дела.

Однако и без этого, как считает Матиевская, основания для рассмотрения дела в Польше были. Во-первых, здесь Злата проходит лечение. Юристка не разглашает, какое именно, но говорит, что это достаточно серьезное заболевание, «не простуда».

«В Польше у девушки конкретные врачи и конкретный план лечения», — объясняет она.

Во-вторых, здесь живет молодой человек, с которым у Златы серьезные отношения. Он находится под международной защитой Польши. Соответственно, передача дела в Литву не позволит девушке быть с ее партнером в Польше, а польские резиденты ограничены в перемещении и по рабочим причинам, и по легализационным обстоятельствам.

Почему суд не принял все это во внимание

Тем не менее в двух административных инстанциях и в варшавском суде Злата получила отказ.

Суд не рассматривал, нуждается ли девушка в международной защите в принципе. В кейсе Златы очевидно, что возвращаться в Беларусь ей опасно — там, по словам Матиевской, девушку ждет «хороший набор криминальных статей».

Определялось, какая страна будет ответственна за рассмотрение дела.

Письменную версию мотивировочной части решения суда защита девушки еще не получила. Но при устном вынесении решения суд обратил внимание, что Злата много передвигалась по Европе и, как выражается Матиевская, звучало это так, как будто девушка свободно и в свое удовольствие «гастролировала». То есть ее частые разъезды, по мнению суда, показывают, что беларуска имеет легкость в передвижении между странами и, соответственно, может так же спокойно поехать и в Литву.

Защитница девушки полагает, что суд рассмотрел этот кейс очень формально, без понимания беларусского контекста и специфики работы НКО и гражданского сектора. Беларуска действительно была в разных странах, но все это были непродолжительные поездки в служебных целях: конференции для волонтеров проводятся в разных местах. Все они были безопасны для Златы: почти все мероприятия, в которых она принимала участие, проходили в ЕС и лишь одно — в Грузии.

Нельзя сравнивать краткосрочные командировки и длительный отъезд из Польши, уверена Матиевская.

Тем не менее суд решил, что ввиду многочисленных передвижений, а также трека «Украина — Литва — Польша» «миграционная история не вызывает доверия», а также что Злата злоупотребляет процедурой беженства при попытке обосновать рассмотрение дела в Польше.

Что теперь

Матиевская обращает внимание, что, поскольку рассмотрение дела в каждой инстанции занимает четыре-пять месяцев, а работать девушке в это время нельзя, она, по сути, надолго выбивается из рабочего ритма. В случае передачи дела в Литву, там она также продолжительное время будет без права на работу.

Сейчас у девушки остается шанс — Высший Административный суд в Варшаве. Это последняя судебная инстанция, рассматривающая дело.

Но в целом подобный подход юристка называет «достаточно плохой практикой» для беларусов. Она отмечает, что дела, связанные с Дублинским регламентом, часто рассматривались Управлением по делам иностранцев и Советом по делам иностранцев только по формальному признаку. Но суд вникал в индивидуальные аспекты истории заявителей — так, например, было в кейсе другой активистки. В данном же кейсе оспорить применение Дублинского регламента оказалось сложно даже в судебной инстанции.