В среду, 7 мая стало известно, что Александр Лукашенко снова помиловал 42 политзаключенного. До этого подобные указы он подписывал с завидной регулярностью, а перед нынешним прошло более трех месяцев. «Зеркало» поинтересовалось у экспертов, почему политик возобновил помилования, какой сигнал власти посылают этим шагом и почему пока держат имена освобожденных в секрете.
Напомним, с июля 2024 по январь 2025 года прошло десять «волн» освобождения политзаключенных. Людей освобождали группами по 20−30 человек. Пресс-служба Лукашенко сообщала, что суммарно за последний год тот помиловал 293 человека.
Однако после января 2025 года эти новости прекратились. Ни в феврале, ни в марте, ни в апреле об освобождениях не сообщалось. И только в мае стало известно о новой группе из 42 освобожденных. В сообщении отметили, что это делают «в преддверии празднования Дня Победы».
«Это праздник всего народа — и „врагов народа“ тоже»
Политический аналитик и обозреватель «Радыё Свабода» Юрий Дракохруст считает, что освобождение политзаключенных накануне 9 Мая направлено в первую очередь на аудиторию внутри страны.
— Я думаю, что это жест для обозначения важности и символизма праздника. Нарратив такой: «Это праздник всего народа — и „врагов народа“ тоже. И поэтому мы совершаем в отношении них жест гуманизма, хоть они и виноваты», — считает он.
Политолог и директорка Центра новых идей Леся Рудник также отмечает, что у майского помилования могут быть внутренние причины:
— Граждане, независимо от политических предпочтений, не хотят жить в постоянном политическом напряжении. Один из последних опросов Chatham House, например, показывает, что граждан больше не устраивает сделка «государство обеспечивает мир и политическую стабильность, но ограничивает население в демократии и свободе слова». А половина опрошенных горожан считает, что беларусы не защищены от властей.
Имена людей, которых затронул недавний указ о помиловании, пока неизвестны. Напомним, списки этих людей никогда не публиковались официально, но фамилии многократно попадали в публичное пространство: например, через «посредников» — пропагандистов вроде Юрия Воскресенского, Романа Протасевича или Игоря Тура, один раз сюжет об освобожденных показали по госТВ.
— С медийной точки зрения, если озвучить имена сейчас — люди будут обсуждать их, — поясняет Юрий Дракохруст. — И «фон» от этого обсуждения может конкурировать с главным событием. Расчет на то, что основной темой будет празднование: как оно прошло, что Лукашенко сказал, кто приехал в гости.
Для того чтобы эта тема звучала так, как нужно властям, достаточно просто информации: люди были помилованы, точка. Это часть праздника, эту информацию сообщить было нужно. А давать имена сейчас — это сбивает «мушку». Я думаю, что имена будут озвучены — через Воскресенского, Протасевича, кого угодно. Но потом. Чтобы праздник прошел хорошо, без возмущающих факторов и «ненужной» информации.
— Не сразу показывали и тех, кого отпускали осенью, — напоминает Леся Рудник. — Придет время, и мы узнаем это органически. Некоторых освобожденных властям может быть неинтересно показывать, потому что они менее медийные. А сами освобожденные тоже могут появиться в публичном пространстве позже — например, после выезда из страны.
А что насчет «большой сделки» с США?
О подготовке сделки между США и Беларусью в феврале 2025 года сообщало американское издание The New York Times. Журналисты ссылались на собственные источники, которые передали слова Криса Смита, заместителя помощника госсекретаря США по Европе. Издание утверждало: в рамках обсуждаемой сделки Лукашенко может освободить множество политзаключенных, в том числе широко известных. Взамен США ослабят санкции против беларусских банков и экспорта калийных удобрений.
После победы на выборах Дональда Трампа из беларусских тюрем были освобождены трое граждан США: в январе — Анастасия Нюфер, в феврале — Николай Шугаев, в апреле — Юрий Зенкович, осужденный по делу о «попытке госпереворота». Пресс-секретарь Лукашенко Наталья Эйсмонт заявляла, что Зенковича освободили по просьбе Вашингтона. Также при посредничестве США вместе с гражданами этой страны были освобождены политзаключенная Елена Мовшук и бывший фрилансер «Радыё Свабода» Андрей Кузнечик.
Эксперты считают, что недавнее помилование 42 человек вряд ли можно считать итоговым результатом той самой заявленной сделки между Беларусью и США. О массовых освобождениях сотен людей речь пока не идет.
— Можно считать это очередным сигналом готовности к осторожной и медленной деэскалации, очередным прощупыванием почвы начала разговора с Западом, — поясняет Рудник. — <…> Остается небольшая надежда на то, что администрацию Трампа будет интересовать не только освобождение американских граждан, но и, например, уязвимых политзаключенных.
Юрий Дракохруст также не считает, что майское освобождение стало продолжением той серии освобождений, которые прошли в 2024-м и январе 2025 года.
— На мой взгляд, это отдельный шаг, отдельный жест, который не встроен в то «предложение», «оферту», которая делалась этим «каскадом» помилований на протяжении полугода, — считает эксперт.
— По моему мнению, многие эксперты не ошиблись, говоря о том, что [предыдущие] «волны» освобождения были связаны либо с предвыборной тактикой режима разрядить политическое напряжение, незначительно деэскалировать ситуацию, либо с расчетом на начало диалога с администрацией Трампа, — рассуждает Леся Рудник. — Ну и, конечно, не стоит забывать о том, что мог быть расчет и на реакцию ЕС, который в итоге показал достаточно холодное отношение к освобождению политзаключенных.
Собеседники «Зеркала» отметили: Лукашенко хоть и нельзя назвать прозападно настроенным, но официальный Минск продолжает стремиться к диверсификации внешнеполитических связей.
А что дальше?
Оба собеседника сходятся во мнении: сейчас трудно предсказать, как будут дальше проходить освобождения политзаключенных.
— Посмотрим, что нам принесет обещанное освобождение большого количества людей, — говорит Леся Рудник. — Я не ожидаю освобождения Марии Колесниковой и Виктора Бабарико. Если мы узнаем об их освобождении, мы тут же услышим про то, что власти получили взамен. Пока открытой информации о больших бонусах для режима мы не имеем. Сложно представить себе, как эго Лукашенко допустит освобождение громких имен без ощутимых преференций, которые на данный момент только внешние.
Юрий Дракохруст считает, что новые шаги в этом направлении можно будет увидеть, когда появится какая-то ясность в ситуации с мирными переговорами в Украине: либо будет заключен мир, либо, напротив, станет понятно, что в ближайшее время его не будет.
— Сейчас ситуация неопределенная. И я думаю, это еще один из факторов, почему Лукашенко не продолжает свою политику практически ежемесячных освобождений. Потому что не очень понятно, как эти шаги можно «вписать» в ситуацию, — рассуждает он и подчеркивает, что Лукашенко относится к ситуации очень цинично. Ранее в комментарии «Зеркалу» он называл политика «жестким торговцем».
— Он очень цинично считает: «Я сделаю так — на что это может повлиять в той конкретной ситуации, которая есть». Буквально считает. Дело не только в деньгах, но все равно это вот некие выигрыши, некие «бонусы», которые он подсчитывает в этой ситуации, — считает собеседник.
Правда, некоторые шаги могут быть направлены не на получение прямых выгод, а на создание благоприятного контекста. К примеру, таким «жестом» можно назвать введение безвиза для граждан стран Евросоюза.
— Это не то, за что прямо дадут «пряники». Но это создание некоего контекста. И если ситуация вокруг Беларуси изменится (абсолютно не из-за этих шагов), то такие жесты могут поспособствовать тому, что «бонусы» Беларуси все-таки будут «выданы», — рассуждает Дракохруст. — Я думаю, тут расчеты двух уровней. Один уровень: «Мы что-то делаем — нам за это что-то дают». И другой пласт: «Ситуация в Европе может измениться в благоприятном для нас направлении. И в этой ситуации не помешают некие „жесты доброй воли“ (или те, которые так упаковываются). А может, они поспособствуют тому, чтобы воспользоваться глобальной ситуацией в регионе и для достижения своих целей».
Поблагодарить за статью