Правительство ввело изменения по госрегулированию цен: еще больше закрутило гайки по овощам и яблокам, но вывело из-под него некоторые товары — от шин для авто до брендовой одежды. С одной стороны, это усиливает риски перебоев с некоторыми продуктами. С другой, власти как будто готовят почву для серьезного смягчения или даже отмены жесткого ценового госрегулирования. Об этом «Зеркалу» рассказал старший научный сотрудник BEROC экономист Дмитрий Крук.
Что изменилось по регулированию цен чиновниками
Правительство приняло очередные изменения по госрегулированию цен. Если раньше ограничения заключались в установленном потолке по надбавкам, то теперь по яблокам и некоторым овощам прописали максимальные допустимые розничные цены. Причем сделали это с помесячной разбивкой. Например, в октябре этого года картофель разрешили продавать по цене не выше 1 рубля за килограмм, а в мае 2025-го — 1,16 рубля. Это довольно существенное подорожание — на 16%. В то же время яблокам разрешили в ноябре подорожать на 69% — с 3,89 до 6,58 рубля.
Но в целом такое ограничение означает ужесточение условий для компаний, хотя совсем недавно глава МАРТ Алексей Богданов заявлял, что ведомство не работает над тем, чтобы «ужесточить систему ценового регулирования».
Второе изменение — это снижение максимальных надбавок для импортеров по некоторым продовольственным товарам. К примеру, раньше на цену импортной гречки импортер мог установить надбавку в размере 15%, а теперь — только 10%.
Надбавка — это не только то, что зарабатывают компании, в нее также включены различные издержки, например, на поставку и хранение товара, а также зарплаты работников.
Третье новшество — вывод из-под госрегулирования непервоочередных товаров. Это то, что можно назвать «либерализацией» постановления, отмечает экономист. Среди таких товаров — шины для авто, а также брендовая одежда и парфюм.
Почему власти пошли на изменения?
Введение максимально допустимых цен на яблоки и некоторые овощи связано с тем, что цены на плодоовощную продукцию в августе выросли на 18,9%, а в сентябре — на 14,5% в годовом выражении (при инфляции в 6%). Причем такой скачок цен произошел на фоне действующего госрегулирования цен.
— Если брать более длительный период, хотя бы четыре года, то относительная цена продовольственных товаров и конкретно плодоовощной продукции по сравнению с другими выросла. Это явно не очень хорошо воспринимается людьми, прежде всего теми, кто имеет низкие доходы, — говорит экономист Дмитрий Крук.
В таком решении аналитик видит еще одну возможную причину — попытку избежать дальнейшего ускорения роста цен на овощи и фрукты, как происходит в России. Дело в том, что ситуация с ценами в соседней стране влияет и на беларусский рынок. Это связано с близостью экономик и торговли (и отсутствием таможенных границ).
— В России такая продукция уже подорожала. Это означает, что для Беларуси сформировался серьезный импульс для повышения цен. Нынешнее изменение по госрегулированию — это желание превентивно предотвратить, смягчить или сгладить сформировавшуюся угрозу для повышения цен на очень чувствительную категорию товаров, — объясняет экономист.
Аналитик видит в таком решении и политический контекст. По его мнению, власти понимали, что в обществе была напряженность из-за высокого роста цен, и решили показать, как хорошо справляются с проблемой. При этом, подчеркивает экономист, уже тогда наметилась тенденция к замедлению роста цен, но без искусственного сдерживания процесс шел бы медленнее.
— Сейчас я вижу такое же желание, как было в 2022-м: снять «плюшки» с ситуации, когда в России цены растут, а у нас мудрым и чудодейственным образом не дают этому совершиться. Думаю, что политическая составляющая даже более важна, а экономическая идет скорее как довесок, обоснование, — комментирует Дмитрий Крук.
Аналитик отмечает, что постановление по регулированию цен власти используют как демонстрацию заботы о ценах и благосостоянии населения. Но параллельно этот документ применяют для срезания «жирка» там, где он начинает накапливаться.
— Но этот финансовый «жирок» много где не просто подрезали, а срезали под ноль. А в заявлениях типа недавних слов главы МАРТ Алексея Богданова, что периметр ценового регулирования не повсеместен и что отдельные категории населения не надо с помощью него субсидировать, я вижу сигналы к тому, что после так называемых выборов есть расчет как минимум к существенному пересмотру системы, а возможно, и к отмене постановления, — говорит Дмитрий Крук.
Какими рисками грозит нововведение
Один из рисков связан с положением компаний. Ценовое госрегулирование, которое продолжается уже два года, давит на финансы предприятий. В результате сложилась аномальная ситуация, когда экономика растет, а финансовое здоровье предприятий ухудшается, хотя обычно происходит наоборот.
Особенно заметно такое ухудшение в 2024 году было у сельскохозяйственных предприятий. Проседание рентабельности реализованной продукции в этой отрасли составило с 9,5% в 2023-м до 6−7% в этом, а по рентабельности продаж — с 7−8% до 5−6%.
Рентабельность продаж — это параметр, который показывает, сколько прибыли компания зарабатывает с каждого рубля, полученного от продаж, и помогает понять, насколько выгодно работает бизнес. Если этот показатель опускается ниже нуля, то компания считается убыточной.
Рентабельность без господдержки была 2−3% в прошлом году, а сейчас она составляет 0−1%, указывает экономист со ссылкой на данные статистики.
— Сектор сельхозпредприятий вновь поставлен в положение выживающего. Во многом это делается сознательно, потому что на его плечах пытаются запустить те процессы, которые считают важными (то же сдерживание цен для достижения политических и экономических целей).
Выходит, что у беларусских компаний, в том числе в сельском хозяйстве (но не только), сейчас довольно слабое финансовое здоровье. И хоть беларусский бизнес научился выживать в сложных обстоятельствах, но возможности для адаптации к ненормальным условиям не безграничны.
Второй риск связан с ассортиментом продукции в магазинах. Как указано выше, ситуация с ценами в России неизбежно влияет и на наш рынок. С одной стороны, это выражается именно в том, что цены и у нас вслед за соседней страной начинают расти быстрее. С другой стороны, когда в Беларуси их сдерживают, а в России — нет, то это усиливает желание компаний зарабатывать на соседнем рынке. Вряд ли фирмы полностью переключатся с внутреннего рынка на РФ, но для того, чтобы выживать, они будут вынуждены увеличивать поставки туда, чтобы компенсировать потери и закрывать издержки.
Как показывает опыт прошлых лет, нередко это приводит к дефициту товаров в Беларуси. Сейчас, по мнению экономиста, будет возникать скорее не дефицит, а сужение разнообразия по отдельным группам товаров.
— Компании будут пользоваться возможностью по более высоким ценам отправлять их в Россию. А на беларусском рынке будет оставаться товар более низкого качества либо, наоборот, более дорогая продукция. К этому же последствию ведет снижение максимальных надбавок для импортеров — вероятно, они также будут переориентироваться на те товары, которые дают больше возможности отбивать затраты. Обычно это делается за счет поставок товаров более низкого качества либо, наоборот, более дорогих. Иначе говоря, решение может сказаться на ассортименте продукции средней ценовой категории.
Читайте также
Поблагодарить за статью