На днях министр внутренних дел Польши Мариуш Каминьский заявил: если в приграничье произойдут серьезные инциденты с участием ЧВК Вагнера, Польша, Латвия и Литва могут закрыть границы с Беларусью. Чуть позже премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий сообщил, что часть бойцов ЧВК выдвинулась в сторону Сувалкского коридора.
«Вероятность, скажем так, меньше 50 процентов, но исключать ее нельзя»
Политолог Валерий Карбалевич считает: нынешняя риторика Польши — это предупреждение со стороны соседей. Если Беларусь предпримет «силовой сценарий на границе с применением оружия», то угрозы могут трансформироваться в реальное закрытие границ. Однако, как считает эксперт, эти красные линии белорусская сторона скорее всего не перейдет.
— Вероятность, скажем так, меньше 50 процентов, но исключать ее нельзя. Не зря же сейчас развернута антипольская кампания как со стороны руководства России, так и Беларуси. Те же высказывания Путина и Лукашенко во время их переговоров в Санкт-Петербурге, где они затеяли антипольскую атаку, — рассуждает Валерий Карбалевич и говорит, что резкое обострение конфликта нашей стране невыгодно. — По сути, это было бы вступлением Беларуси в войну. А этого не хотел бы ни сам Лукашенко, ни белорусское общество, ни госаппарат, ни, я думаю, даже силовики.
Зачем в таком случае Александр Лукашенко идет на обострение? Тут, отмечает эксперт, несколько факторов.
— Прежде всего он подыгрывает России. Возможно, это плата Путину за неучастие Беларуси в полноценной войне против Украины. Дескать, я тут буду бороться с натовцами на границе нашего общего Союзного государства, — говорит эксперт. — Во-вторых, это месть соседям за то, что они поддерживают белорусскую оппозицию. В-третьих, это просто тактика Лукашенко: идти на обострение, демонстрировать силу как фактор, который может принудить соседей пойти на какие-то переговоры.
Есть в этом, отмечает эксперт, и общеполитический смысл: модель осажденной крепости идеальна для удержания власти всех авторитарных властителей.
— Крепость предполагает, что вокруг враги, поэтому нужна мобилизация госаппарата, силовых структур и всего общества. И это, в конце концов, развязывает руки для политических репрессий против всех несогласных, — говорит Валерий Карбалевич.
В то же время, отмечает он, Польша, Литва и Латвия также не заинтересованы в закрытии границ с Беларусью.
— Закрытие границ — серьезный удар по всем грузопотокам, причем не только польским. Это серьезный ущерб, скажем так, и по европейским странам, а также государствам Азии (среди которых и Китай), что осуществляют транзит грузов, в том числе и через белорусско-польскую границу. В итоге закрытие пунктов пропуска превратится в серьезную международную проблему. А значит, их нельзя просто так взять и перекрыть. Соответственно, от риторики до реальных действий большая дистанция.
— Осенью в Польше пройдут парламентские выборы. Влияет ли это на то, что риторика властей страны становится более жесткой?
— Возможно. Правящая партия «Право и справедливость» демонстрирует, что она сильная, готова защищать национальные интересы. Она демонстрирует решительность по отношению к странам, которые угрожают Польше и притесняют польское национальное меньшинство, как, например, это происходит на территории Беларуси.
— В таком случае можно сказать, что их заявления — это больше слова, чем готовность к реальным действиям?
— Думаю, да.
«Для меня скорее вопрос в том, что станет решающим фактором»
Политический обозреватель и историк Александр Фридман более радикален в этом вопросе. Он считает, что границы между Беларусью и европейскими странами закроют. Это, говорит он, лишь вопрос времени.
— Это может произойти совершенно в любой момент. Приведу несколько экзотический, но показательный пример. Посмотрите на Нигер, где происходит путч. Один из ультиматумов, который соседи страны выдали [хунте, захватившей там власть], заключается в закрытии границ. Интересно, насколько это будет эффективный механизм влияния и пойдет ли хунта на попятную, ведь местная экономика сильно зависит от границ. В случае с Беларусью ситуация другая, все-таки под боком Россия. Но в целом и здесь это реальный вариант, а не пустые слова. У угроз [о закрытии пунктов пропуска], которые мы сейчас слышим, цель примерно такая же, как в Нигере, чтобы в данном случае белорусская сторона немножко поумерила свой пыл и риторику.
По словам эксперта, если провокации со стороны Беларуси продолжатся, железный занавес опустится: эскалация зашла слишком далеко.
— Польша и страны Балтии понимают: если границы закроют, их ждут экономические потери, но они к этому готовы. Кроме того, власти этих стран воспринимают угрозы, которые исходят от Лукашенко и России, как угрозы существования их государств. А когда на твою государственность покушаются, принимаются резкие решения, — рассуждает собеседник. — Во время кризиса с мигрантами власти Польши и Литвы уже показали: они готовы к серьезным шагам.
К тому же, продолжает эксперт, если война в Украине не закончится победой Киева, а «будет заморожена» либо «приобретет вялотекущий характер», то разделение между Западом и Россией и Беларусью укрепится.
— Есть показательный пример Северной и Южной Кореи, где граница закрыта с 1953 года. И с этого времени там ничего не происходит, — отмечает политический обозреватель. — [К закрытию границ] мы идем быстрым темпом. И для меня скорее вопрос в том, что станет решающим фактором. Например, какие-то действия вагнеровцев. Это может быть что-то совершенно мелкое для таких радикальных решений действие, но просто с 2020 года уже много накопилось во взаимоотношениях между Беларусью, Польшей, Латвией и Литвой.
Александр Лукашенко может спровоцировать конфликт даже этого не подозревая, считает эксперт. Почему? Потому что он плохо знает, чем живут соседи.
— С 2020 года его опыт взаимодействия с Западом — сплошная катастрофа, — говорит эксперт, напоминая про инцидент с самолетом, на борту которого был Роман Протасевич. — Он руководствуется своими воззрениями, а они во многом советские и пропитаны российской пропагандой. Он не воспринимает Литву или Польшу как самостоятельных акторов. Для него это все американские марионетки — и тут он в корне ошибается. Да, страны Балтии и Польша связаны партнерством с Соединенными Штатами, но это самостоятельные игроки. Решение о закрытии границ [с Беларусью] не будут принимать в Вашингтоне. Возможно, это будет обсуждаться на европейском уровне. Но если Польша, Литва и Латвия посчитают нужным закрыть границы, они это сделают.
По словам Александра Фридмана, еще один фактор, из-за которого пункты пропуска могут оказаться на замке, — приближающиеся парламентские выборы в Польше.
— Особенность польского правительства во главе с партией «Право и справедливость» в том, что в этот период страна всегда находилась в авангарде антироссийского движения. Польша масштабно поддерживает Украину и выступает за самые жесткие санкции. Кроме того, Польша всегда была за радикальные меры по отношению к Лукашенко. И это не только риторика, — отмечает собеседник. — Если посмотрим на действия, то они соответствующие. Это и уничтожение советских памятников на территории Польши, и ситуация с миграционным кризисом. Польшу тогда жестко критиковали, что страна не открыла границы, использовала водометы, но они свою позицию отстояли и продолжают отстаивать. В стране это воспринимается как успех. В сегодняшних условиях, когда Польша сталкивается с экономическими сложностями, подчеркивая жесткую позиции по отношению к Беларуси и России, как мне кажется, можно попасть [в избирателя] и консолидировать вокруг себя электорат.
В то же время, отмечает эксперт, закрытие границ полностью лишает страны Балтии и Польшу точек соприкосновения и возможностей для переговоров с Беларусью.
— Готовы ли они пойти на такие шаги? Это, конечно, вопрос. Мне кажется, не готовы, — делится мнением собеседник.
По словам Александра Фридмана, Александр Лукашенко тоже не хотел бы, чтобы границы закрыли.
— Последние исследования Chatham House показывают: деполитизация в белорусском обществе довольно высока. При этом если у людей отнимут даже гипотетическую возможность уехать за границу, то атмосферу в обществе это не улучшит. И вообще жить в изолированной стране за железным занавесом, мягко говоря, некомфортно, — говорит Александр Фридман. — Но на данный момент я не вижу ничего, что бы свидетельствовало о том, что границы не закроются. Нет никаких шагов по деэскалации.
Поблагодарить за статью