Получив поддержку Владимира Путина после выборов 2020 года, Александр Лукашенко развернул корабль белорусской экономики на восток. С каждым последующим усилением санкционного давления или необходимостью получить одномоментные профиты от Москвы он все сильнее закрепляет якоря на восточном берегу. В результате в Беларуси становится все меньше отраслей, которые бы полностью или в высокой степени не зависели от России. Как это происходит и к чему может привести.
Втягивание белорусской экономики в военные интересы России
Два белорусских предприятия радиоэлектронной промышленности «Интеграл» и «Планар» будут модернизировать совместно с россиянами, заявил замминистра промышленности и торговли России Виктор Евтухов. Ранее сообщалось, что на эти цели РФ выделит 10 млрд российских рублей (чуть меньше 120 млн долларов).
Александр Лукашенко рассказывал, что в кооперации с белорусской гражданской и оборонной промышленностью «создаются уникальные продукты — беспилотники, роботы, станки с числовым программным управлением, принципиально новые виды вооружений, бытовая техника мирового уровня».
Привлечение инвестиций в экономику, особенно в условиях ограниченного доступа к иностранным ресурсам, в целом следовало бы рассматривать как позитивное явление. Но маловероятно, что Москва делает подобные шаги, не имея гарантий получения каких-то выгод для себя. Практика показывает, что Россия всегда получает что-то взамен. В вопросе поддержки белорусских предприятий это может быть как просто возврат инвестиций с процентами, так и получение доли в управлении компаниями или обязательства обеспечивать продукцией российский рынок. Как видно из свежего примера с «Интегралом», интересы эти не ограничиваются только обычными поставками продукции, но могут быть и для военных.
Если Александр Лукашенко решил, что завод будет поставлять в РФ такую продукцию, то очевидно, что ни министры, ни руководители предприятий не могут отказаться от этого политического решения. В итоге получается так, что конкретное белорусское предприятие, порой к тому же получающее поддержку за счет средств налогоплательщиков, косвенно способствует военной агрессии против Украины. А взамен получает, например, инвестиции на модернизацию.
Усиление роли российского капитала
Инвестиции в определенных ситуациях могут нести риски для экономики. Например, в последние пару лет российские компании активно занимают места белорусского или другого иностранного бизнеса в нашей стране. Это ведет к усилению влияния российского капитала. Как следствие, усиливается лоббирование российских интересов в бизнес-сфере в нашей стране.
В то же время такое положение дел оказывает давление на белорусские компании, которые нередко уступают пришедшим на рынок конкурентам в возможностях, что сказывается на конкуренции, причем не в их пользу.
Как отмечал ранее экономист Олег Мазоль, расширение российского капитала ведет к ухудшению качества управленческих технологий и культуры обслуживания клиентов. Среди последствий эксперт называл отток в Россию квалифицированной рабочей силы, снижение уровня оплаты труда (по сравнению с тем, который был у фирм с западным капиталом).
Экспансию российского бизнеса правительство пытается ограничить. Например, Александр Лукашенко, вероятно, повлиял на остановку сделки по передаче бывшей сети «МакДональдс» российской «Вкусно — и точка». Не исключено, что в том числе по этой причине Совмин ввел ограничения на вывод долей иностранного капитал почти для 1800 компаний. Это в какой-то степени замедляет процесс, но не останавливает его, потому что Минск сам отрезал другие пути для инвестиций и иностранного капитала, а также создал условия, в которых отечественный бизнес не сильно жаждет расширяться, чтобы не рисковать оказаться на виду.
Внешняя торговля концентрируется на одном направлении
При этом первое, что бросается в глаза, когда речь идет об усилении зависимости белорусской экономики от российской, это внешняя торговля. После полного закрытия для нашей страны украинского рынка и существенного сужения возможностей в западном направлении экспорт и импорт все сильнее завязываются именно на рынке России. В то время как торговля с другими странами в прошлом году резко сократилась, все большая доля внешней торговли приходится на РФ: доля экспорта туда выросла с примерно 40% до более чем 60%. Всего же объем торговли двух стран в этом году увеличился на более чем 20%.
Наличие рынка сбыта, а также возможности импорта в условиях ограничений и отказа некоторых западных компаний работать с Беларусью позволяет отечественному бизнесу зарабатывать, а белорусам — иметь необходимые товары. Однако тенденция переориентации на российский рынок говорит о том, что для многих производителей она становится основным рынком, а в некоторых случаях, возможно, и единственным. Значит, на них существенно влияет экономическая ситуация в соседней стране.
В то же время замена импортной продукции из других стран российской ограничивает выбор белорусского потребителя. В некоторых случаях ухудшается качество доступных товаров и услуг. Следовательно, конечный потребитель в нашей стране оказывается в минусе уже сейчас.
Узкий коридор для логистики
Показатели по экспорту и импорту между Минском и Москвой сильно выросли, это произошло в том числе за счет торговли услугами, в частности — транспортного сектора. По словам посла Беларуси в России Дмитрия Крутого, в прошлом году прирост в торговле услугами двух стран был на уроне 29%, в первом квартале этого — 31%. Связан он с тем, что компании были вынуждены переориентировать логистические и товарные потоки с запада и юга в сторону РФ.
В период санкций и ограничений это стало серьезной поддержкой для отраслей, завязанных на экспорте. Но есть у этого и другая сторона. Выходит, что теперь у некоторых белорусских компаний остался фактически единственный путь поставок своей продукции в другие страны. Значит, они полностью зависят от условий, которые диктует российская сторона. Например, от установленных там ставок и тарифов для транспортных компаний из нашей страны. В особенности это касается калийной отрасли и нефтепереработки, а также деревообработки. Но с этим сталкиваются и компании, работающие с другой продукцией.
Зависимость от российского сырья
Еще одно важное направление — зависимость от российского сырья. Эта проблема появилась не в прошлом году и даже не в связи с введением санкций (хоть они ее усугубили). Много лет сами чиновники, а также эксперты негосударственных структур указывали на необходимость диверсификации поставок сырьевых ресурсов. Упор на одного поставщика в этом случае, тем более если решения зависят не от рыночных отношений, а от политических решений, может грозить коллапсом не какой-то одной отрасли, а всей экономики.
Сейчас Александр Лукашенко и Владимир Путин демонстрируют готовность идти друг другу навстречу. Но история отношений двух политиков не раз показывала, что это может измениться в один миг. Достаточно вспомнить самый свежий пример — начало 2020 года и так называемую нефтяную войну. Тогда стороны не договорились о цене на сырье для нашей страны, тарифы на его поставки через территорию Беларуси и компенсацию за налоговый маневр РФ. Как следствие — в начале января российская нефть просто перестала поступать на белорусские НПЗ. Минску пришлось в авральном режиме искать альтернативных поставщиков хотя бы на некоторый период, до тех пор, пока стороны не договорятся.
Случись подобная история сегодня (или если она произойдет в будущем), Беларусь рисковала оказаться без достаточного объема нефти для переработки и обеспечения внутреннего рынка нефтепродуктами. И даже если бы Казахстан, Саудовская Аравия, Ирак или Китай продали нам это сырье, доставить его нужно было бы только через российские порты. А в случае подобного гипотетического конфликта это было бы затруднительно.
Финансовый вопрос
Россия — главный кредитор правительства Беларуси. Так было на протяжении многих лет. Но после начала военной агрессии РФ против Украины, в том числе с белорусской территории, Москва осталась по сути единственным источником кредитных ресурсов для Минска.
Развитые страны разорвали все нити, которые могли бы связать белорусские власти и средства западных институтов. А после того как Минфин начал нарушать кредитные договоры и выплачивать старые долги в белорусских рублях, скорее всего, и другие государства стали относиться к этому вопросу с опаской.
С одной стороны, хорошие отношения с Москвой позволили белорусскому правительству в прошлом году отсрочить выплаты по старым российским долгам. С другой стороны, Москва нередко оказывает финансовые услуги в обмен на какие-то политические уступки. Нет гарантий, что однажды она либо выставит слишком высокую цену за свою финподдержку, либо по какой-то причине перекроет пусть и изрядно подсохший, но еще действующий ручеек денежных вливаний в белорусскую экономику. В этом случае Минск окажется в еще более сложном положении как минимум в плане выполнения своих кредитных обязательств.
Делегирование части полномочий в Москву
Белорусские и российские чиновники нередко хвалятся достижениями по союзным программам. Одно из них — это подписанное соглашение по косвенным налогам. В рамках этого соглашения решили создать наднациональный орган, который будет иметь доступ к информации по таким налогам, уплаченным белорусскими компаниями. Экономист Дмитрий Крук оценивал такое решение как отказ Беларуси от свободы в распоряжении важнейшими инструментами налоговой политики и утрату значительной части налогового суверенитета.
Вице-премьер России Алексей Оверчук 15 июня заявил, что союзные программы реализованы на 80%. Он подчеркнул «планомерный переход к сближению государственного управления и регулирования во всех ключевых сферах». По сути это означает, что Минск отдает Москве часть прав по решению различных вопросов в управлении и решении важных для экономики вопросов, которые подпадают под действие этих документов. Без согласия ее или наднациональных органов белорусское правительство не сможет принимать некоторые решения — вплоть до таких простых изменений, как повышение или снижение некоторых налоговых ставок.
Перечисленные выше примеры усиления зависимости от России указывают, что мы идем к тому, что Беларусь частично уступает независимость (а в отдельных случаях и субъектность) в принятии некоторых решений. Белорусский бизнес и население, если не сразу, то в среднесрочной перспективе почувствуют последствия этих решений, причем вряд ли положительный одномоментный эффект перекроет негативное влияние этого процесса. В будущем уйти от этой зависимости будет непросто.
Читайте также
Поблагодарить за статью