В марте 2022 года Евросоюз ввел запрет на импорт белорусской продукции деревообработки под кодом 44 — это пиленый брус и доски, фанера и ДСП, древесные пеллеты и брикеты. После этого экспорт этих позиций из Казахстана и Кыргызстана в ЕС вырос в десятки и даже тысячи раз. Беларусский расследовательский центр (БРЦ) вместе с партнерами рассказывают, как подсанкционные товары попадают на западный рынок. Мы перепечатываем это расследование с сокращениями.
Лес рубят — санкции летят
В последние годы значительную часть белорусского экспорта составляли поставки древесины. Параллельно с этим в стране сокращались лесные площади. По оценке Global Forest Watch, лесистость Беларуси за последние 11 лет уменьшилась на 11%. Пик вырубки пришелся на 2016 год, когда упали мировые цены на нефть и Александр Лукашенко начал искать другие пути пополнения бюджета.
Уже к 2020 году Беларусь вышла на 9-е место в рейтинге крупнейших поставщиков древесины и изделий из нее в страны ЕС. В 2021-м мировые цены на древесину начали активно расти, а весной и вовсе достигли рекордных показателей. По итогам года наша страна поставила на экспорт древесины и изделий из нее на 2,3 миллиарда долларов.
По данным Белстата, две трети этого экспорта шли в ЕС под таможенным кодом 44. В него входят пиленый брус и доски, фанера и ДСП, древесные пеллеты и брикеты. В Евросоюзе основными покупателями этих товаров белорусского производства были Польша, Литва, Латвия, Германия и Нидерланды.
В марте 2022 года ЕС ввел новый пакет санкций против официального Минска за поддержку российского вторжения в Украину. Экспорт в Европу продукции под кодом 44 оказался под полным запретом. Регуляторы дали поставщикам отсрочку до 4 июня, чтобы они могли допродать объемы, законтрактованные до объявления санкций.
В результате с июня 2022 года поставки древесины в ЕС из Беларуси обвалились более чем в 30 раз, что следует из данных Евростата.
Соотнести их с белорусской статистикой невозможно: Белстат засекретил свои данные по экспорту, причем не только в ЕС, но и в страны СНГ. БРЦ выяснил, зачем это могло понадобиться.
Спрос рождает предложение
Запрет на импорт белорусского леса привел к дефициту в некоторых странах ЕС. Менее чем через неделю после начала действия санкций замминистра окружающей среды Литвы заявил об острой нехватке древесины в стране. Похожая ситуация сложилась на рынках Эстонии и Польши.
Польские компании часть древесины покупали через фирму «БЛК Трейдинг», аббревиатура которой расшифровывается как «Белорусская Лесная Компания». Она зарегистрирована в Польше как частное юрлицо, но ее владелец — белорусское государственное предприятие деревообработки «Мостовдрев».
«БЛК» поставляла в Польшу продукцию девяти белорусских производителей, а среди ее клиентов были поставщики IKEA, о чем БРЦ рассказал сотрудник трейдера. Примечательно, что компания торговала исключительно изделиями под ныне санкционным кодом 44. В 2021 году объемы поставок достигли примерно 34 миллионов долларов, но в этом году должны были существенно снизиться из-за санкций.
Чтобы проверить это, БРЦ получил документы взаимных расчетов между «БЛК» и «Мостовдрев» за 2022 год. На конец сентября трейдер перечислил своему владельцу почти 17 миллионов долларов. Это лишь вдвое меньше, чем за целый 2021 год. В «Мостовдреве» БРЦ пояснили, что не получают от «БЛК» деньги за продукцию, которая попала под санкции ЕС. Но на сайте польской компании указано, что они торгуют исключительно товарами под кодом 44, которые как раз находится под ограничениями. В «Мостовдреве» отказались отвечать на дополнительные вопросы. Расследователи отправили им запрос и ожидают ответ. В «БЛК» БРЦ сообщили, что компания не осуществила ни одной поставки или ни одного платежа, которые бы нарушали законы.
В сентябре директор отдела продаж «БЛК Трейдинг» по Европе создал в Польше новую компанию 3S Trading. Она оформлена на него лично и его партнера, но зарегистрирована по тому же адресу, что и белорусский гострейдер «БЛК». Профиль компании — также продажа древесины и производство изделий из дерева.
Под видом польского поставщика журналисты БРЦ позвонили в «БЛК Трейдинг» и попытались купить белорусскую продукцию деревообработки. Менеджер по продажам подтвердила: дерево из Беларуси у компании действительно есть, но скоро закончится — распродают остатки на складах. Также она уточнила, что теперь фирма работает с новыми поставщиками из Украины и из Казахстана.
Похожая ситуация и в Литве. До введения европейских санкций страна была крупным покупателем белорусской древесины, а теперь активно импортирует ее из Казахстана и Кыргызстана. Территория первого всего на 5% покрыта деревьями, второго — почти на 6%. Для сравнения, лесистость Беларуси, по данным Минлесхоза страны, — 40%.
Ствол в Кыргызстане, корень в Беларуси
БРЦ изучил данные Евростата по импорту продукции с кодом 44. Как только санкции на белорусское дерево вступили в силу, экспорт из Казахстана в ЕС вырос в 74 раза, а из Кыргызстана — почти в 18 тысяч раз в сравнении с аналогичным периодом 2021 года.
В деньгах это почти 30 миллионов евро на обе страны.
При этом правительство Казахстана запретило вывоз некоторых изделий из древесины еще в декабре прошлого года, чтобы развивать местную деревообработку. Этот запрет еще дважды продлевали — летом и зимой. Аналогичные меры ввели и власти Кыргызстана.
Версия о том, каким же образом эти страны поставляют лес в Европу, появилась у БРЦ благодаря рассылке, которая попала в редакцию. Из нее следовало, что частный белорусский центр экспертиз «Стандарт качества» предлагает услуги по косвенному реэкспорту товаров из ЕС в Беларусь через Кыргызстан.
Под видом потенциальных клиентов журналисты БРЦ узнали у менеджера компании, можно ли пойти обратным путем и переоформить белорусский лес в кыргызстанский для поставок в Европу.
Через несколько дней «Стандарт качества» предложил сотрудничество с фирмой «Сертификат КейДжи». Эта компания помогает белорусским производителям пиломатериалов получать кыргызстанские документы для своей продукции и таким образом проходить таможню ЕС.
Одним из сооснователей «Сертификат КейДжи» оказался Олег Нарчук, ранее входивший в число совладельцев фирмы «Стандарт качества», которая и предложила услуги по обходу санкций. На сайте белорусской компании сказано, что она основана «в 2011 году двумя специалистами из органов Госстандарта Беларуси». Однако же, судя по документам, компания была создана лишь в 2014-м.
Осенью этого года Олег Нарчук выступал на вебинаре Национального центра маркетинга и конъюнктуры цен, освещая тему «Импорт товаров в Республику Беларусь в условиях санкций».
Кроме «Сертификата КейДжи», Олег Нарчук был связан еще с несколькими компаниями в Кыргызстане: «КСК Альянс», «Испытательный центр КСК Альянс» и «КСК Торг». Нарчук отрицает, что связанные с ним фирмы помогают обходить санкции. «Мы работаем строго в соответствии с буквой закона. Мы не подделываем никакие документы», — сказал он. Насчет сообщений с предложением услуг по обходу санкций бизнесмен заявил, что, возможно, сотрудник так написала, чтобы «привлечь внимание клиентов».
Вагон санкционки
Олег Нарчук оказался не единственным предпринимателем, который начал выстраивать бизнес-отношения между Беларусью и Кыргызстаном.
БРЦ нашел еще три фирмы, которые по фальшивым документам поставляют белорусскую продукцию в Европу, — «Агро Кейджи», «СК Гранд» и «Адмит». Под видом клиента журналист БРЦ связался с представителем первой компании. В разговоре тот признался, что раньше «Агро Кейджи» возила пеллеты в Европу «фурами», а теперь будет возить «вагонами».
2 августа 2022 года в Бишкеке появилась компания «Адмит» — через пять месяцев после введения ЕС запрета на импорт белорусского леса.
Своим потенциальным клиентам фирма представляет другие данные: на ее сайте указано, что «Адмит», основанная пять месяцев назад, «каждый год» получает более 40 тысяч тонн древесных отходов.
Фирма занимается переработкой древесных отходов и производит пеллеты, брикеты и другое древесное топливо. Под видом клиентов журналисты БРЦ позвонили в «Адмит» и попросили помочь с поставками белорусских пеллет в Европу. В компании подтвердили, что могут это сделать: в Кыргызстане у них есть производство, и вместе со своей продукцией они отправляют в Европу белорусскую, делая на нее кыргызстанские сертификаты.
В «Адмит» готовы были принять наш заказ только с конца января, потому что до этого времени все их объемы уже были расписаны. В компании нас также заверили, что проблем на таможне у них не было, но предупредили: лучше возить грузы через Польшу и Латвию, так как литовские таможенники более придирчивы.
Действительно, Литва первой обратила внимание на резкий рост поставок древесины из Средней Азии. В интервью местному расследовательскому порталу Siena представитель литовской таможни Вигантас Пайгозинас добавил, что при ввозе белорусской и российской продукции на таможню подаются декларации о том, что она якобы приобретена в Казахстане или Кыргызстане.
«Бывают явные и неоспоримые признаки: это маркировки, обнаруженные на упаковках, дополнительные комплекты документов, которые прямо указывают на то, что товар отгружен из Беларуси или России, а не из стран, в которых сделано декларирование на начальном этапе. Такие случаи есть, мы их зафиксировали, и не один», — рассказывал Пайгозинас.
Когда журналисты БРЦ обратились в «Агро Кейджи» и «Адмит» за официальным комментарием, компании стали отрицать, что возят запрещенную белорусскую продукцию в ЕС по фальшивым документам. Соучредительница компании «СК Гранд» сказала, что не знала о поставках в обход санкций и пообещала разобраться.
В торговле контрабандной продукцией в Литве может быть замешана компания Vivalsa, выяснили сотрудники расследовательского центра Siena. Ранее эта фирма продавала пеллеты из России, но после введения санкций начала поставлять якобы кыргызстанскую и казахстанскую продукцию. Журналисты Siena пришли на склад компании под видом клиентов и обнаружили там продукцию «Агро Кейджи». Директор и совладелец Vivalsa Саулюс Гирчис признался, что эти пеллеты — из Беларуси.
Гирчис — литовский политик. Он участвовал в местных выборах от социал-демократической партии. В официальном комментарии для Siena он заявил, что лишь предполагал, будто его товары поступают из Беларуси. В разговоре бизнесмен настаивал на том, что его компания не нарушает санкции.