Правительство Беларуси озвучило прогнозные показатели на 2023 год. Учитывая положение, в котором находится экономика страны, планы выглядят неожиданно оптимистично. Насколько они реализуемы и какие для этого должны сложиться условия, объяснил старший научный сотрудник BEROC (Киев) Дмитрий Крук.
Сценарий правительства — возврат к прошлому году
По словам премьер-министра Романа Головченко, в 2023-м рост ВВП ожидается на уровне 3,8%, инфляция — не более 7−8%, а рост реальных доходов населения — на 4,1%. Прирост инвестиций в основной капитал чиновники ожидают в размере 23,3%. Экспорт товаров и услуг должен увеличиться на 5,5%.
В случае гипотетического достижения таких показателей, это был бы возврат к уровню доходов 2021 года после падения 2022-го, отмечает экономист Дмитрий Крук. Сейчас же, по словам эксперта, экономика по уровню дохода откатилась к 2017 году. Для экономики, которая находится в нормальных условиях, такие ожидания не были бы сильно амбициозными. Как пример он вспоминает серьезное падение ВВП в странах, вводивших локдаун в связи с пандемией коронавируса, и последовавший рекордный рост. Но в Беларуси реальность немного иная.
При каких условиях экономика может вырасти так, как того ожидает правительство
Дмитрий Крук говорит, что при нормальной внешней и внутренней экономической среде достичь установленных правительством показателей было бы особенно несложно. Но как экономику внутри страны, так и внешние условия, влияющие на нее, после 2021 года вряд ли можно назвать нормальными. Поэтому, по его мнению, в озвученный прогноз правительство заложило самый оптимистичный сценарий, для реализации которого должны не просто сойтись все звезды, но и все счастливые случайности.
Можно было бы возразить, что в 2021 году оптимизм чиновников оправдался, но прошлогодние экономические успехи Дмитрий Крук объясняет работой в привычных масштабах нефтепереработки и калийной отрасли. Тогда был практически свободный экспорт остальных товаров в условиях, когда еще не работали санкции. Заметное влияние оказало внешнеторговое чудо.
Сейчас условиями для восстановительного роста могли бы стать возврат к довоенным и досанкционным объемам переработки нефти и производства удобрений и рост их экспорта. Без этого говорить о восстановлении ВВП практически не приходится, отмечает эксперт.
— Возможно ли это? У меня нет однозначного ответа. Что сейчас происходит с нефтепереработкой и калийными удобрениями — это тайна за семью печатями. Берусь предположить, что за прогнозом правительства может стоять надежда (или основания) на то, что удастся сбывать нефтепродукты в прежних объемах и восстановить если не полной объем, то часть экспорта калийных удобрений. В части нефтепереработки, скорее всего, лежит и расчет на компенсацию за налоговый маневр, что позволит быть конкурентоспособными на российском рынке, либо, обходя санкции, через РФ поставлять белорусские нефтепродукты на новые или старые рынки.
Вторая важная составляющая для реализации прогноза — восстановление экспорта других товаров. В третьем квартале, по предварительным оценкам Дмитрия Крука, экспорт в физических объемах вышел примерно на 85% от докризисного уровня. Вероятно, власти рассчитывают наращивать его объемы, найдя рынки сбыта.
— Чтобы этот расчет стал реальностью, за ним должно стоять предположение о том, что сохранится благоприятная среда для экспорта, высокий уровень конкурентоспособности, обеспеченный обесценением белорусского рубля к российскому, а также что российский рынок сможет поглотить большой объем нашего экспорта.
Третий важный фактор — улучшение ситуации с внутренним спросом, учитывая самый серьезный инвестиционный обвал за последние 10 лет. Как говорит экономист, по инвестициям в 2022 году Беларусь откатилась до уровня 2007 года.
— Почему предприятия так мало инвестируют? Частный сектор не видит перспектив развития, зато видит огромные риски, потому избегает инвестирования. А государственным предприятиям ограничивают инвестиционную активность существующие финансовые ограничения. Чтобы внутренний спрос, прежде всего инвестиционный, стал расти так, как хочет правительство, должна измениться картина в голове у частного сектора, а государственный должен резко улучшить свое состояние. Что возможно только за счет экспорта.
Насколько реалистично выполнение все этих факторов
Прогноз правительства может исполниться лишь в случае, если все указанные выше факторы реализуются. Но в возможности исполнения каждого из них у эксперта есть сомнения.
— Говоря о нефтепереработке, есть сомнения, что она будет давать доступ на свой рынок или будут ли устойчивыми схемы обхода экспорта через российские порты в том случае, если начнут действовать нефтяные санкции против России. Еще один вопрос, будет ли устойчивым экспорт калийных удобрений. Даже если есть предварительные договоренности о доступе в российские порты, здесь важно, что будет с ценами на калийные удобрения. Если они будут снижаться, смогут ли производители позволить себе такую дорогую логистику? — говорит Дмитрий Крук.
С большой вероятностью удачная среда ценовой конкурентоспособности, которая помогала белорусскому экспорту в прошлом и этом годах, в 2023 году начнет улетучиваться, продолжает эксперт. Российский рубль будет обесцениваться к доллару, потому что пройдет российское торговое чудо этого года, сформировавшееся благодаря высоким объемам экспорта и падением импорта. Если сегодня, пользуясь ценовой вилкой в ценах между Беларусью и Россией, можно продать туда едва ли не любой товар, то в 2023-м сделать это будет в разы сложнее.
Эксперт не видит и предпосылок для роста инвестиций, потому что доверие частного сектора и его вера в перспективы экономики останутся слабыми. «Вряд ли его сможет переубедить заряд бодрости от Романа Головченко», — говорит он.
— Можно допустить какое-то непродолжительное восстановление и ускоренный рост инвестиций в случае смягчения монетарной политики. Но обратной стороной медали станет ускорение инфляции, — дополняет экономист и делает заключение. — Сказать, что вероятность этих волшебных раскладов нулевая, я не могу. Но она совсем небольшая. В нормальные времена возврат к прежнему уровню мог быть реалистичной задачей. Но сейчас допущения, которые наверняка лежат в основе этого прогноза, в большинстве случаев либо несостоятельны вовсе, либо вероятность их реализации очень невелика. Соответственно, говорить о восстановлении в таких масштабах не приходится.
Более того, экономист не исключает продолжение снижения экономики. «Потенциальное дно вполне может стать реальностью», — считает он. Но, уточняет, говорить о каком-то явно просматриваемом сценарии довольно сложно, учитывая большую неопределенность.
Поблагодарить за статью