Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. В Лиде строители копали на территории завода и наткнулись на старинные склепы с саркофагами
  2. Итальянский «Чернобыль»: рассказываем о катастрофе, которая случилась 50 лет назад и заставила всю Европу переписать законы
  3. Голевая феерия в споре неудачников. На чемпионате мира по футболу определился обладатель бронзы
  4. БГУ подвел первые итоги вступительной кампании. Угадайте, на какую специальность был самый высокий конкурс
  5. Вузы закончили принимать документы на дневное на бюджет. Посмотрели, с какими баллами поступали в главный медуниверситет страны
  6. Появился прогноз погоды по Беларуси на следующую неделю. Спойлер — он вас не обрадует
  7. Минчанка спросила соцслужбы, включают ли в базу «тунеядцев» тех, кто сдает квартиру в аренду близкому родственнику
  8. «На это страшно смотреть, если честно». Беларусы обсуждают низкие проходные баллы и конкурсы в медуниверситетах
  9. Банки вводят изменения в отношении карточек
  10. Под удар дронов попали склады Wildberries в двух регионах России. Есть погибшие и пострадавшие
  11. В Минске построят новый торговый центр — где он расположится
  12. «Пока покупатель не доехал до ГАИ». После продажи авто вас может ожидать «сюрприз» от налоговой
  13. Новый платежный сервис, судьба пенсий и пособий на детей, ограничения от банков. Изменения августа


/

Освобождение знаковых фигур беларусского протеста — Виктора Бабарико, Марии Колесниковой и других — стало событием, которое может изменить политический ландшафт демократических сил. Как бывшие политзаключенные впишутся в существующие структуры? Станут ли они конкурентами Светлане Тихановской или усилят ее команду? «Зеркало» спросило об этом политического аналитика информационного агентства «Позірк» Александра Класковского.

Освобожденные политзаключенные (слева направо): Владимир Лабкович, Виктор Бабарико, Мария Колесникова и Александр Федута на пресс-конференции в Чернигове 14 декабря 2025 года. Фото: Reuters
Освобожденные политзаключенные (слева направо): Владимир Лабкович, Виктор Бабарико, Мария Колесникова и Александр Федута на пресс-конференции в Чернигове 14 декабря 2025 года. Фото: Reuters

По мнению эксперта, из группы освобожденных лидеров стоит выделить Виктора Бабарико и его сторонников. В 2020 году, если бы не тюрьма, именно он мог бы стать главной фигурой протеста, учитывая динамику сбора подписей. Теперь же, после выхода на свободу, перед ним стоит выбор: вернуться в политику или отойти от дел.

— По первой пресс-конференции сложно судить, готов ли Бабарико включиться в политическую жизнь. Нужно время, чтобы сориентироваться. Он оказывается в совсем других условиях — в эмиграции. После пресс-конференции появился неоднозначный резонанс. В частности, уклонение от вопросов об оценке войны в Украине вызвало разочарование и критику со стороны проукраинских беларусов. Но тут надо смотреть: это действительно от нехватки информации, как сказал Бабарико (и Колесникова с ним согласилась), или осознанная позиция, — рассуждает Класковский.

Если такая риторика — осознанный выбор, это может создать напряжение среди политической эмиграции, считает аналитик. Если же Бабарико по инерции ориентируется на широкие массы «политических неофитов», как это было в 2020 году, то сейчас ситуация изменилась.

— Он выброшен из страны, сейчас нет электоральной кампании, неизвестно, придется ли вообще Бабарико в каких-то выборах участвовать, — считает аналитик. — А за границей политическая эмиграция уже точно определилась в вопросе войны в Украине. И поэтому ему и Колесниковой также придется формулировать более четкие тезисы. Но стоит подчеркнуть, что Бабарико — мощный политический игрок. В 2020 году, уже после задержания политика, было распространено заранее подготовленное видео с призывом создавать новую партию «Разам». Тогда это было не совсем ко времени, но сейчас эта идея может быть расконсервирована.

Виктор Бабарико на пресс-конференции в Чернигове 14 декабря 2025 года. Фото: Reuters
Виктор Бабарико на пресс-конференции в Чернигове 14 декабря 2025 года. Фото: Reuters

Александр Класковский считает, что конкуренция в политической эмиграции неизбежно обострится:

— Офис Тихановской критикуют за то, что революция 2020 года проиграла и сейчас сложно генерировать какие-то оптимистичные стратегии быстрых перемен. Второй момент — кажется, что структуры Офиса успели бюрократизироваться, там уже выработалась определенная инерция в лозунгах и подходах. Поэтому конкуренция способна положительно повлиять на демсилы и заставить встрепенуться тех лидеров, которые после 2020 года уже прочно заняли свои ниши. В этом есть и плюсы, и минусы. Но многое будет зависеть от стиля поведения этой новой когорты «бабариканцев».

Он полагает, что объединение политических команд, как это произошло в 2020 году, сейчас маловероятно. «Бабариканская» группа может значительно усилиться и составить конкуренцию Офису Тихановской.

— Команда Тихановской по-прежнему исповедует принцип жесткого санкционного давления на режим. Я не уверен, что Бабарико захочет становиться именно на такую позицию. Тут тоже весьма вероятны расхождения, — рассуждает Класковский. — А если нет общей идейной или стратегической платформы, то на объединение тоже сложно надеяться. Бабарико — фигура очень заметная, неординарная, и захочет ли он идти в подчинение к Тихановской — большой вопрос. Если у него сработают внутренние амбиции или чувство ответственности за свою команду, которая старалась продолжать работу все эти годы, то вряд ли он захочет стать одним из заместителей Тихановской. Возможно, он и Колесникова займутся (если они в принципе решат входить в активную оппозиционную политику) созданием нового центра силы и своей структуры.

Но для этого Виктору Бабарико и его команде придется определиться с политической позицией и отношением к главным вызовам, которые стоят не только перед беларусскими демсилами, но также имеют значение в глобальном контексте.

— Расплывчатость формулировок на первой пресс-конференции нужно понять и простить. Но если подобная риторика сохранится через несколько недель или месяцев, то я не думаю, что Бабарико и его соратников ждет большой успех. Эмиграция — специфическая среда. Когда средства воздействия на людей в самой стране очень ограничены, то для любой политической эмиграции свойственно обострение внутренней борьбы — за идеи, ресурсы, структуры. И в этом может заключаться негативный момент, — предупреждает Класковский.