«Закрытое ритуализированное сообщество». Социолог — об «игре Мацкевича», о которой уже неделю спорят соцсети
8 мая 2026 в 1778235000
«Зеркало»
В конце апреля - начале мая философ, методолог и бывший политзаключенный Владимир Мацкевич провел в польских Татрах организационно-деятельностную игру (ОДИ) для представителей беларусских демсил и организаций гражданского общества. Участие в ней приняли 70 человек. Целью была выработка общего подхода и программы для демдвижения. После игры многие участники делились восторженными, но довольно туманными впечатлениями о ней. Выяснить, что именно они там делали, было практически невозможно и не потому, что происходившее нужно было держать в тайне. Что же такое ОДИ, откуда взялся этот метод и почему он так похож на ленинскую концепцию партии? Об этом в колонке для «Зеркала» рассуждает социолог Филипп Биканов.
Вокруг недавней организационно-деятельностной игры (ОДИ), в которой участвовали представители беларусских демсил, очень много разговоров. Значительная их часть сводится к тому, каким уникальным было это мероприятие, какой непередаваемый и не выразимый словами опыт оно дало, что невозможно описать то, что там происходило, и как оно вдохновило очень умных людей, с которыми я работаю или много лет знаком. Мне кажется странным, что многие из этих людей не в состоянии простыми словами описать, что же там было. «Зеркало» попросило меня разобраться, и вот что у меня получилось.
Важный дисклеймер: меня на этой игре не было. Я опираюсь на то, что прочитал в текстах самих методологов, и на отрывочные комментарии людей, побывавших там.
«Та же логика, что и в ленинской идее о руководящей роли партии»
ОДИ - это формат, предложенный в рамках Московского методологического кружка Георгием Щедровицким. Это советский методолог, который противопоставлял (его ученики пишут именно так) себя академическому сообществу, поэтому называть его ученым я не буду.
Щедровицкий - марксист, как минимум он им начинал свой путь. Всю жизнь он работал в категориях, унаследованных из этой традиции: коллективное мышление приоритетно по отношению к индивидуальному, необходимо «правильное» мышление, которое нужно вырастить через специальную работу. И есть фигура того, кто этой «правильностью» владеет и ведет остальных к ней.
Если упрощать, то в основе метода та же логика, что и в ленинской идее о руководящей роли партии. Сам коллектив не способен выработать адекватное сознание, и поэтому нужен авангард - партия с правильным методом, которая всех выведет на нужный уровень. Если в этой аналогии партию заменить на методологов, а классовое сознание - на методологическое мышление, то структурное сходство, мне кажется, будет достаточно очевидным.
«Пять дней плотной работы, окруженной мистическим ореолом»
Возвращаясь к ОДИ в Татрах. Все выглядит достаточно впечатляюще и окружено определенным мистическим ореолом: пять дней плотной работы в групповых сессиях, пленарные заседания, люди спорят, потом расходятся. Между этим есть так называемые такты, игротехническая рефлексия, методологические доклады. Используемая терминология создает ощущение какой-то особой технологии, знание о которой доступно не всем. Такой же образ поддерживает и организатор этой игры Владимир Мацкевич, который во время подготовки говорил, что кто не успел - тот опоздал, кто не пришел - тот пожалеет. Так он поддерживал этот образ чего-то принципиально неописуемого, что нужно исключительно прочувствовать в рамках ОДИ.
На самом деле структура ОДИ мало чем отличается от любой современной стратегической сессии. Работа в небольших группах, чередующаяся с пленарными обсуждениями, фиксацией итогов и попыткой переформулировать проблему, - это не изобретение методологов. В корпорациях (например, в той, в которой я работаю как ассоциированный партнер), во Всемирном банке, ООН и других международных организациях этот формат давно применяется. Он не уникален: в разных странах его много раз переоткрывали более-менее независимо друг от друга. Поэтому когда говорят об особенности формата ОДИ, это не совсем так.
В чем же тогда особенность? Она проявляется в нескольких вещах.
Агрессия - растоптать любого из участников
Погружение участников в стрессовую ситуацию - нехватка сна, 12-часовые сессии, а также очень конфронтационный стиль фасилитации. Ведущий ОДИ ставит под сомнение допущения, на которых группа строит свои рассуждения, пытаясь выбить их из удобного, привычного хода мыслей. Один из участников ОДИ Мацкевича писал, что тот «может буквально "растоптать" на глазах публики любого из участников, доказав его интеллектуальную и деловую несостоятельность». Участница нынешней игры описала атмосферу там как «насильственную коммуникацию»
Если не считать недосып и если коммуникация не слишком уж насильственная, жесткий стиль модерации - это не что-то обязательно плохое. Прием полезный, и хороший фасилитатор его использует. Но ОДИ представляет это как центральную процедуру.
Направленное обсуждение
Еще одно отличие ОДИ от привычных форматов стратсессий в том, что методолог, ведущий игры, редко бывает нейтрален. У него есть своя позиция и свое представление, в какую сторону должен пойти разговор.
В текстах методологов описаны инструменты, с помощью которых они это делают. Например, фокус управления. Основополагающая вещь, присущая ОДИ, - это рамка, в которую направляют мышление. В своих текстах методологи пишут, как важно именно управлять группой людей, которая пришла на ОДИ, уводить ее в правильную сторону.
На стратегических сессиях других форматов фасилитатор или модератор вполне может быть нейтральным. Он работает с процессом, помогает обсуждать, но содержательные решения остаются за группой. У ОДИ же есть цель - направить обсуждение в какое-то конкретное русло (помним о руководящей роли партии!).
При этом публичная риторика организаторов игры - о том, что участники сами хозяева своего мышления, сами выходят на новые смыслы, сами себя проблематизируют. Расхождение между декларируемым («это ваше мышление») и реальной практикой (умелое направление в нужную сторону) встроено в формат игры.
Все это очень похоже на закрытое ритуализированное сообщество. Есть особый язык, посвященные и непосвященные, обряд инициации (собственно, участие в ОДИ). Посвященные обладают неким опытом, который принципиально непознаваем для остальных, его невозможно передать или описать. В оригинальном учении Московского методологического кружка есть еще и культ основателя - Георгия Щедровицкого. Его наследие там едва ли не передается от отца к сыну. В беларусской традиции вместо Щедровицкого у нас Владимир Мацкевич, его ученик.
Поэтому во многом ОДИ - это способ набрать новых последователей движения.
Свой словарь - пропуск в сообщество
Язык - еще одна показательная особенность, создающая вокруг ОДИ ореол элитарности и сакрального знания. У методологов есть свой диалект. Все эти слова - «мыследеятельность», «проблематизация», «рефлексивная позиция», «орг-управленческое мышление», «навстречность», «такт», «ортогональные доски» - со стороны выглядят как абсолютно непрозрачный жаргон. И это не баг, а фича. Этот словарь выполняет очень важную работу: он отделяет «своих» от «чужих».
Владение этим языком - это пропуск в сообщество. Если ты его освоил - ты посвященный. Если нет - остаешься снаружи. Это делает традицию методологов практически неуязвимой для критики извне. Если вы скажете, что их метод авторитарен, вам ответят: «Вы так говорите, потому что не вышли в рефлексивную позицию». На замечание, что это странный ответ, услышишь, что «демонстрируешь непонимание и неготовность изменить свои рамки мышления на новые».
Язык создает ощущение глубины и сакрального знания там, где на самом деле происходят довольно обыденные вещи. Например, то, что в обычной работе называют «оспорить имеющиеся допущения», на ОДИ будет называться «проблематизацией». Фраза в духе «давайте теперь разберем, как именно мы только что думали» превращается в «рефлексивный такт». «Не давать участникам обсуждения думать о проблеме привычным способом» - это «удерживать методологическую перспективу». «Посмотреть на собственные аргументы со стороны» - «выход в рефлексивную позицию». При этом решившего погрузиться в терминологию и обратившегося к источникам читателя ждет новый языковой бурелом:
«Проблемы и проблематизация вне тех или иных (всегда строго определенных) мыслительных структур - это чистые фикции; они могут существовать и существуют в головах натуралистически мыслящих логиков, но никак не в реальном практическом или научно-исследовательском мышлении».
Этот словарь снаружи абсолютно непрозрачен. Он создает ощущение какой-то глубины, непонятности и сакральности там, где на самом деле происходит достаточно обычная практика осмысленной коллективной работы.
Польза
Владимир Мацкевич писал, что игра была нацелена на выход на новые формы и методы взаимодействия различных социальных групп и субъектов не только в эмиграции, но и нации в целом.
Но давайте будем честны, это патетика. ОДИ нужна для тех же задач, что и обычные стратегические сессии. Когда нужно переосмыслить какую-то ситуацию, в которой есть интеллектуальный блок, выработать общее видение, собрать представителей разных областей (исследователей, политиков, журналистов) вокруг одной задачи, то ОДИ подходит. Но она подходит точно так же, как и любые другие форматы.
У этого мероприятия была очевидная польза. Все-таки вывезли 70 человек - разных, которые зачастую не пересекаются между собой и общаются в основном в интернете, - посадили их всех вместе и заставили по 12 часов проводить друг с другом время в общении и работе. Они вместе обедали, вечером что-то обсуждали. Это плотный нетворкинг.
В таком контексте люди видят друг друга наконец-то не как аватары в Facebook или X, а знакомятся и обретают понимание, кто чем занимается, какой человек на самом деле. Можно посмотреть, как кто рассуждает. И потом понимаешь, кому можно позвонить и зачем, с кем легко сработаться. Это абсолютно реальная, ценная вещь, особенно в ситуации, когда наше политическое сообщество рассеяно по разным странам и сидит по своим коконам.
Участники игры часто приписывают этот эффект знакомству с методологией: «Мы прошли через ОДИ, и это нас сплотило». На деле сплачивает не столько сама игра, сколько совместное проживание нескольких напряженных дней. Любое испытание подобной плотности - поход, военные сборы, школьная экскурсия на автобусе - тоже даст чувство общности.
Такой же результат можно получить на любом ретрите или семинаре, если собрать 70 человек и попросить их над чем-то интенсивно подумать. Их не обязательно для этого агрессивно модерировать, заставлять «удерживать рамку», «входить в рефлексивный такт» и заполнять «ортогональные доски». Достаточно просто провести несколько сессий, а потом дать свободное время для неформального общения.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.