На его похороны приехали тысячи людей со всей Европы. Рассказываем об уроженце Беларуси, чьи потомки раз за разом были премьерами Греции
21 июня 2026 в 1782025200
Кирилл Папоротников / «Зеркало»
В 2024 году Светлана Тихановская встретилась в Афинах с Джорджем Папандреу, экс-премьером Греции и представителем знаменитой политической династии. Эту же должность в прошлом занимали его отец и дед. Между тем основателем этой династии и прадедушкой Джорджа был уроженец Беларуси Зыгмунт Минейко - повстанец 1863 года, который сбежал из сибирской ссылки, добрался до Греции и стал почетным гражданином этой страны. Рассказываем его историю.
В 2017 году исследовательница Марина Запартыко перевела с польского на беларусский язык воспоминания Зыгмунта Минейко «З тайгі пад Акропаль» (они вышли в издательстве «Лимариус»), подготовила к ним комментарии и написала к книге обстоятельное предисловие. Именно на последнем основан этот текст.
Друг Богушевича и Калиновского
Зыгмунт Минейко родился в 1840-м в зажиточной дворянской семье в деревне Болванишки современного Ошмянского района (сейчас она называется Зеленый Бор). Тогда это была территория Российской империи, захватившей беларусские земли в конце XVIII века. Наций в современном понимании этого слова еще не существовало, название «Беларусь» употреблялось, но еще не закрепилось за нашей страной. Многие наши знаменитые соотечественники (например, ученый Игнат Домейко, композитор Михал Клеофас Огинский, поэт Адам Мицкевич) называли себя литвинами, обозначая свое происхождение с беларусских земель Великого княжества Литовского, и при этом были патриотами Речи Посполитой - федерации, в которой жили предки современных поляков, литовцев и беларусов. Сегодня этих деятелей можно считать представителями всех трех стран и культур.
Литвином, видимо, считал себя и Минейко. Когда в 1907 году польский поэт и драматург Люциан Ридель посетил его во время путешествия по Греции, Минейко рассказывал, как его жена со старшим сыном ездила на родину: «Была в Варшаве и у нас на Литве». А разговаривал Зыгмунт, по словам Риделя, по-польски «с певучим литовским акцентом» - в польском языке и сегодня litewski значит как «литовский», так и «литвинский», а тогда Ридель, скорее всего, имел в виду последнее - то есть акцент был беларусским.
Отец Зыгмунта, Станислав Минейко, в прошлом участвовал в восстании 1830−1831 годов, ставившем целью восстановление Речи Посполитой, земли которой Россия разделила с другими соседями. Он вел активную конспиративную деятельность, в доме происходили тайные встречи. Пятеро детей семьи, включая Зыгмунта, воспитывались в этом патриотическом духе.
После получения домашнего образования 11-летнего парня отдали в подготовительную школу немца Яна Германа в Вильно. Вероятно, родители не хотели, чтобы сын учился в российской публичной школе, а учреждения при католических монастырях были по приказу властей закрыты. Через год, когда Минейко было 12, он поступил во второй класс Первой виленской гимназии. Там он познакомился и подружился с известными в будущем героями восстания. В одно время с ним в гимназии учился Игнат Зданович - соратник Кастуся Калиновского, жизнь которого тоже закончилась на виселице, - и будущий писатель Франтишек Богушевич, зачинатель новой беларусской литературы.
Однако гимназию Зыгмунт не закончил. В 1858-м его, 17-18-летнего, решают отправить в Санкт-Петербург для поступления в одну из самых престижных военных школ Российской империи - Николаевское инженерное училище. Качественное военное образование шляхтич мог позже использовать в патриотических целях. Протекцию при поступлении ему обещал известный тогда военачальник - генерал Эдуард Татлебен, который был родственником семьи. Но Минейко понимал, что помощь человека, стоящего на службе Российской империи, его, как патриота своей потерянной страны, компрометирует. Поэтому решил не рассчитывать на генерала и в 1859-м, проведя несколько месяцев в подготовительной школе, поступил в училище сам.
Зыгмунт понимал, что знания от лучших в стране преподавателей военных дисциплин ему обязательно пригодятся для будущей борьбы, поэтому учился усердно. В том году студентами училища смогли стать многие его земляки. Через некоторое время они организовали настоящее студенческое общество с собственной библиотекой. Постепенно количество книг увеличивалось, и студенты уже не могли держать такую литературу в стенах училища. Чтобы не вызвать подозрений у руководства, они решили прятать книги на квартире у Виктора Калиновского (старшего брата Кастуся Калиновского), с которым Минейко познакомил один из его виленских друзей.
Зыгмунт чаще остальных сокурсников бывал на квартире Виктора. Последний повлиял на формирование его взглядов. Вместе они обсуждали грядущее восстание, идея которого буквально кружила в обществе. 27 февраля и 8 марта 1861 года российские войска расстреляли мирные демонстрации в Варшаве, приуроченные к годовщинам событий восстания 1830−1831 годов. Погибло более ста человек, такие меры вызвали мощную волну возмущения. Молодежь с беларусских, литовских и польских земель начала покидать свои учебные заведения в России и выезжать домой. Минейко понял, что, если восстание начнется, его просто не выпустят из училища, поэтому еще в 1861-м, сославшись на семейные обстоятельства, вернулся на родину.
Повстанец
В родных Болванишках Зыгмунт сразу включился в подготовку к восстанию. Пел патриотические песни в костелах (это был способ продемонстрировать свою позицию и отношение к российским властям), стал одним из организаторов местного патриотического объединения (на его заседаниях шли дебаты, как организовать агитацию, как поднять все слои населения, как проводить партизанскую борьбу). Переодевшись крестьянином, распространял среди крестьян стихотворное агитационное произведение «Гутаркі старога дзеда», составленное неизвестным сегодня автором.
О последнем узнали власти - благодаря доносу агента Юзефа Бернацкого, который учился в Виленской гимназии в одно время с Богушевичем и Минейко. Зыгмунта спасло то, что агент оказался алчным и попытался получить деньги за свою «работу» одновременно и из Вильнюса, и из Петербурга. Бернацкого арестовали и выслали в Архангельск, а его сведениям перестали доверять, что и уберегло Зыгмунта от ареста.
Но Минейко понимал, что над ним нависла опасность, и решил временно уехать в Италию. Там в Генуе при поддержке Джузеппе Гарибальди - революционера, который поспособствовал объединению Италии, - как раз создавали Польскую военную школу. Но в итоге она так и не начала работу, назначенный директор ехать туда не захотел. И молодежь со временем покинула Геную.
Зыгмунт вернулся в начале 1863 года, когда началось восстание. Первый бой в Галиции (регион на границе современных Польши и Украины) был удачным, но потом повстанцев разбили. Минейко вернулся на малую родину и был назначен военачальником Ошмянского уезда. В мае 1863-го под его командование поступило около 40 (по другим данным, около 70) добровольцев - вместо обещанных четырехсот. Связь с центром быстро прервалась, провианта не хватало.
В начале июня отряд находился в лесах между деревнями Красная Горка и Михайловщина, около Гольшан. Из-за малого количества солдат Зыгмунт старался избегать открытых встреч с врагом. Однако днем 15 июня все же произошла стычка с бригадой капитана Юзефовича. Повстанцы, которых застали врасплох, разбежались, оставив своего командира. Минейко был вынужден искать спасения в ближайшей деревне Рассолишки. Он попал к семье лесника, где его тепло приняли, накормили… а потом передали в руки властей. Крестьянин объяснял в показаниях: «В три часа утра, придя ко мне в дом, неизвестный человек просил у меня чего-нибудь из еды <…> в очень измученном состоянии, в самой легкой одежде. А заряженный пистолет был оставлен им в сенях. Увидев как подозрительного человека, сразу послал известить».
Минейко убеждал себя, что такая измена была исключением. Но, к сожалению, на самом деле крестьяне часто выдавали повстанцев властям за награду. В программе повстанцев (это было в первую очередь восстановление Речи Посполитой) они не видели для себя почти никаких плюсов. К тому же государство и православная церковь смогли убедить их с помощью пропаганды, что против «царя и Отечества» борются только помещики.
Политзаключенный и эмигрант
Зыгмунта приговорили к расстрелу. Его мать обратилась к жене императора Александра II с просьбой отменить приговор, все тот же генерал Татлебен поддержал родственницу. Но ходатайство отклонили. Тогда мать дала двум генералам огромную взятку, благодаря которой приговор заменили на отправку на 12 лет на Нерчинские рудники (ныне территория российского Забайкалья).
Но уже во время этапа в Сибирь Минейко познакомился с Александром Акинчицем и Генриком Вашкевичем, с которыми позже и сбежал. Как это у него получилось?
Зыгмунт смог избежать тяжелой каторги и под чужой фамилией - вместо умершего повстанца, на которого был похож - поселился в российском Томске и открыл собственное дело по изготовлению меховых шапок, подушек и искусственных цветов. Местные власти хорошо знали, что в городе живет много каторжников, которые уклонились от работ на рудниках, взяв другие фамилии, но за деньги закрывали на это глаза. Были случаи, когда некоторые ссыльные пытались сообщить высшим властям о такой «модели» в расчете на амнистию для себя. Когда Зыгмунт находился в томской больнице, то вместе с другими ссыльными и при помощи местного врача пытался расправиться с одним из таких предателей - убить его ядовитыми зубными лекарствами. Правда, тот, похоже, остался жив.
В какой-то момент Минейко, Вашкевич и Акинчиц решились на побег, имея всего лишь адреса в Москве и Петербурге, по которым могли обратиться за помощью. В Москве Зыгмунт встретился с Болеславом Шостаковичем (дедом композитора Дмитрия Шостаковича). Тот сообщил, что в Москве они оставаться не могут, так как там на то время уже скрывалось около сорока беглых, поэтому им необходимо ехать в Петербург.
Многие из этих обстоятельств стали известными благодаря измене Вашкевича. Тот после удачного побега попал в Варшаву и добровольно пришел в полицию, чтобы дать показания: надеялся, что получит за это амнистию. Но надежды не оправдались, и Вашкевич снова попал в ссылку. Кстати, Минейко и Акинчиц обо всем этом так и не узнали, для них Вашкевич остался хорошим знакомым и героем восстания. Хотя на самом деле он даже не принимал в нем участия и просто придумал эту легенду для товарищей по побегу.
В Петербурге Минейко получил новые документы на имя барона фон Меберта и летом 1865 года отправился во Францию. Там он окончил престижную Школу Генерального штаба (1868) и получил предложение присоединиться к Иностранному легиону, который должен был подавлять антифранцузское выступление в Алжире. Но Минейко, сам бывший повстанец, отказался от этой идеи и перебрался в Болгарию, которая была под господством турок (Османской империи). Там ему предложили должность руководителя работ по строительству железной дороги.
Почетный гражданин Греции
Именно до этого момента - до 1869 года - Минейко успел довести свои мемуары. Что с ним произошло потом?
В 1870-м он ненадолго уехал во Францию, где участвовал во Франко-Прусской войне. А после вернулся на территорию Османской империи и более двадцати лет работал инженером, строил мосты и железные дороги. В свободное время интересовался историей, участвовал в археологических раскопках и в 1876-м даже открыл местонахождение храма Зевса в Додоне, который описывали в своих произведениях еще Гомер и Геродот (в будущем, в начале 1920-х, Зыгмунт мечтал организовать археологическую экспедицию в Грецию для земляков - но не хватило времени).
В 40-летнем возрасте Минейко женился на гречанке Прозерпине Манарис, дочери директора гимназии в греческом городе Янине (тогда он находился под властью турок). В семье родилось десять детей. Они воспитывались по-гречески, но хорошо знали о родине отца и относились к ней с уважением.
В 1888-м семья переехала в Смирну (ныне турецкий Измир), а в 1891-м - в Грецию, где Минейко стал главным инженером Министерства общественных работ и сыграл очень важную роль в строительстве железных дорог, мостов и каналов по всей стране.
Через пять лет в Греции прошли первые со времен античности Олимпийские игры. Зыгмунт был среди тех, кто отвечал за реставрацию одной из площадок - Панафинейского стадиона. Также он писал репортажи с олимпийских арен для польских изданий.
Вскоре после Олимпиады Минейко участвовал в войне с Турцией, а в 1910-м получил почетное гражданство Греции. В следующем году он с помощью греческой королевы впервые за 47 лет ненадолго посетил родину. Вернувшись, он - на тот момент начальник топографического отдела Генштаба Греции - участвовал в Первой Балканской войне 1912−1913 годов. Благодаря разработанным им планам немногочисленное греческое войско захватило у турок Фессалоники и крепость Ямина на Крите. Позже, когда об этом стало известно, уроженец Беларуси получил высокую греческую награду - Золотой крест спасителя.
Основатель династии
До августа 1917 года Минейко оставался на посту в Министерстве общественных работ. Но состояние здоровья ухудшилось, и 77-летний Зыгмунт был вынужден уйти на пенсию. Именно тогда он начал писать мемуары.
Мысли о родине не оставляли его. Польский писатель Ян Парандовский так описал свою встречу со старым уже Зыгмунтом: «Вилла Минейко находилась на окраине города. Он сам открыл мне дверь и с первого же слова сердечно разговорился. Из Польши, из Польши… Ему было уже за восемьдесят, но энергия, с которой он говорил, и живость движений сопротивлялись метрике и тем далеким событиям, которые он нес в себе… На следующий день встретил его в городе. Он был в мундире ветерана восстания со знаками отличия полковника и с крестом Virtuti Militari. Сразу меня узнал, а после нескольких фраз сморщился и сурово посмотрел на меня: "То есть вы забыли, какой у нас сегодня день? Я иду отдать засвидетельствовать уважение послу Речи Посполитой в день 3 мая"».
Именно в этот день 1791 года в Речи Посполитой, где жили и наши предки, приняли первую в Европе Конституцию. Что касается награды, то в 1921 году Минейко вручили в Афинах высший польский военный орден - крест Virtuti Militari V степени, которым награждались военные за исключительное мужество, связанное с риском для жизни.
Зыгмунт успел еще дважды побывать на родине. В 1922-м повстанца лично принял первый руководитель независимой Польши Юзеф Пилсудский. Посетив Вильно, Минейко подарил университету Стефана Батория богатую коллекцию монет. Во время второго приезда в следующем году польские власти присвоили Зыгмунту еще одну награду и звание полковника-ветерана. А университет Яна Казимира во Львове - титул почетного доктора.
После этого Минейко даже пытался вернуться на родину навсегда - несмотря на свой преклонный возраст (а может, как раз по его причине). Его жена даже начала продавать имущество, рассматривая переезд в Варшаву или Краков. Но осуществить свои планы Зыгмунт не успел.
16 декабря 1925-го в мемуарах 85-летнего выходца из Беларуси появилась последняя запись. 27 декабря Зыгмунта Минейко не стало. Пожив в разных странах, он принадлежал к нескольким масонским ложам, поэтому на его похороны в Афины съехались тысячи «вольных каменщиков» со всей Европы. А вот мемуары его добрались до читателей только в 1971 году, когда польское издательство выпустило их под названием «Из тайги под Акрополь».
Каким же образом Минейко стал основателем греческой политической династии? Его третий ребенок, София, вышла замуж за политического активиста Георгиоса Папандреу, в 1919-м у них родился сын Андреас Папандреу. Первый стал премьер-министром Греции и занимал эту должность в 1944-1945, 1963 и 1964−1965 годах (правда, еще с 1920-х у него был роман с греческой актрисой Кивели Андриану, на которой он в 1934-м женился). Сын Софии и внук Зыгмунта Минейко Андреас Папандреу со временем также пошел в политику и сделал самостоятельную карьеру, которая привела его на пост премьера дважды - в 1981-1989 и 1993−1996 годах. Когда в 1980-х Андреас захотел посетить родину деда, ему сказали (вероятно, в посольстве), что деревни Болванишки больше не существует, хотя она была только переименована.
Сын Андреаса Джордж Папандреу был премьером Греции в 2009-2011 годах. Во время личной встречи в 2024 году Светлана Тихановская подарила ему книгу мемуаров его прадеда Зыгмунта Минейко на беларусском языке, архивные материалы (в том числе родословную, фотографии предков, материалы об имении и земле рода Минейко в Беларуси). Светлана пригласила собеседника, который очень гордится своим происхождением, в Вильнюс - посетить места захоронения его родственников. Она выразила надежду, что они вместе смогут посетить места рода Минейко в Беларуси, когда та станет свободной.